– Ты воровка. Ты преступница, – шипит сквозь зубы дракон. – Ты будешь казнена. Не мной, так своими же соотечественниками. Ты же знаешь, что за пределами драконьей зоны сила слабеет в разы. Ты не справишься. Отдай мне то, что украла у меня твоя бабка.
– Не украла, а сохранила, – парирую я. – Другие драконы не считают меня воровкой. Бабушку тоже. Они поддержали меня…
– Жалкие мятежники, – злится Агриар. – Будут уничтожены вскоре, так как бесполезны и более не нужны. Девы снова пойдут на удобрения для Древа. Или на восстанавливающую бодрость закуску…
– Не будет такого! – Гнев поднимается в груди столбом огня, будто я сама дракон! Как он смеет угрожать моим подругам и друзьям. Не прощу! И не сдамся. – Семечко древа у меня…
– И что? – Дракон разворачивается ко мне левой стороной, оглядывает налитым кровью глазом. – И что с того, что оно у тебя? Ты ведь не знаешь…
– Чего я еще не знаю? – ведусь непроизвольно на его игру.
– Главного.
Это звучит таинственно, пугающе, жутко.
Ловлю себя на мысли о том, как заманчива может быть паника, но я не могу ее сейчас себе позволить.
– Бабушка хотела, чтобы люди и драконы нашли общий язык и смогли жить в мире, – говорю, удерживая голос от дрожи. – Чтобы им ничего не нужно было делить. Для этого она дала мне семя Древа… Только прибыв в этот мир, я посадила в землю то, что люблю – простые зернышки кофе. И эта мелочь дала мне надежду. Сейчас я посажу новое Древо, чтобы подарить надежду другим. Людям. И драконам. Вот оно, семя, в моей руке.
Демонстрирую Владыке раскрытую ладонь.
– Чтобы свершить задуманное, тебе придется как минимум отрубить себе руку, – смеется Агриар. – Сможешь? Или испугаешься? Будет больно.
– Отрубить? – непонимающе переспрашиваю я.
Совсем недавно, буквально за пару дней до Драконьего Праздника, я читала новость о том, что в одном провинциальном городке ополоумевший муж-садист отрубил из ревности руки своей жене. Как же страшно и больно мне было тогда от одной только мысли, что пережила та бедная женщина. И вот теперь я…
… должна остаться без руки?
– Я же говорю, что ты не знаешь главного, – рокочет Агриар. – Дева – лишь подкормка. И сосуд. Для чего я их, думаешь, забирал сюда раз в год?
– Чтобы заполучить человеческую ипостась, которой у тебя нет? – напоминаю я.
Дракон произносит:
– Не только. Еще чтобы взрастить заветный корешок на подходящей почве. И без семени в принципе можно было бы обойтись. Не все корни еще погибли. А вы, человеческие девы, прекрасно подходите для такой цели.
– Я не «сосуд», – шепчу свирепо. «Сосуд» в тот миг видится мне невероятно мерзким словом. Гнев поглощает меня целиком и будто бы отрывает от земли. – Я отрежу себе руку, если нужно.
– Ты слишком слаба и труслива, – усмехается мне в лицо дракон. – Ты всего лишь дева. Знай свое место.
Агни и Сканди встают со мной рядом, готовые атаковать. Я слышу, как расправляет крылья Робби, прикрывая нас от черного чудовища.
– Не отступай, – рычит Сканди мне на ухо. – Тот, кто оживит Древо, обретет безграничную власть над всем магическим трафиком зоны. Понимаешь это? Вот что тебе нужно! Не упускай свой шанс, Хэшмин! Покажи этому старому уроду! Рука – ерунда! Оно того стоит! Ты же понимаешь? Давай, Хэшмин! Давай!
– Не нужно, Хэшмин, – тихо касается моего плеча Агни. – Я чувствую боль, что рождается в твоей душе прямо сейчас. Ты не должна приносить себя в жертву. Не должна калечить себя ни ради других, ни ради власти. Никто не должен. Давай придумаем что-то другое. Есть иной путь.
– Мы придумаем что-нибудь, Хэш, – эхом доносится до меня голос Эрин.
– Мне так страшно за тебя, Хэш, – тихо причитает Алисана. – Пожалуйста, не делай с собой ничего ужасного…
– Хэшмин, подожди, вдруг он врет? Вдруг все не так работает? Тогда ты истечешь кровью и… – приводит логичные доводы Кэтти.
– Есть другой путь. Доверься своим ощущениям. Решай… – Это, кажется, Робби отправляет мне мысленное послание.
Все они правы, хоть обоснования их и различны. Полярны. А Агни и Сканди сейчас как ангел и демон, стоящие за моими плечами.
И девочки правы.
И Робби.
И все же выбор я сделаю сама.
Я не хочу терять руку. Не хочу терять себя. И силу терять тоже не хочу. Я слишком долго шагала этим путем. Бабушка рассчитывала на меня, когда передавала мне эту…
… ответственность.
Она в меня верила.
– Семя уже проросло в тебе, – угрожающе предупреждает Агриар. – Думай быстрее, пока оно не завладело каждой клеточкой твоего тела. Всею тобой.
– Ну уж нет, – говорю я.
Решение приходит само собой.
Словно в забытьи я кладу ладонь на лезвие меча и с силой сжимаю кулак. Металл легко вспарывает кожу. Руку заливает липкая кровь. Я заглядываю внутрь раны. Там пульсирует ало-черное пугающее нечто. Уходят в глубину моей плоти недавно проклюнувшиеся белесые корешки.
Не слишком приятное зрелище.
Медлить нельзя!
Я подцепляю пальцами проросшее семечко и выдираю его вместе с собственным мясом. Боль адская! Хочется кричать, но я лишь стискиваю зубы и продолжаю тянуть из окровавленной ладони цепкие проростки. Земля под ногами трясется, крошится соседняя скала…
Наконец-то я вытащила его.