Мне стало страшно. Если Мирабель выгнали из Академии, ситуация осложняется. Я не только не получу никаких знаний, но и не смогу на законных основаниях уехать из этого дома. Можно не сомневаться, заботливая госпожа Ренси быстро найдет мне жениха, и выдаст замуж, не спрашивая согласия.
Ну, уж, нет. После истории с Максом мне даже смотреть на мужчин не хочется. Пройдет немало времени, прежде чем я смогу думать о замужестве без отвращения.
Значит, если у меня есть способности, я поеду в Академию. Заведу новых друзей, получу образование, узнаю все, что можно, об этом мире. Если же дара нет, то придется искать другой путь. Не все же женщины в Ристонии живут за счет мужей. Найдется работа и для меня.
«Если господин Ренси и его жена тебе позволят», — охладила я свой пыл.
Но, даже если родители Мирабель будут против, я могу уйти от них. Хотя странствовать по незнакомой стране, без денег и друзей, так себе идея.
«Не стоит заранее отчаиваться, — успокоила я себя. — Сначала нужно все выяснить. Мира Львова изменилась. Пройдя сквозь грань между мирами, я могла получить новые способности».
По крайней мере, об этом писали в фэнтези-романах, которые я читала дома.
Вздохнув, я провела расческой по волосам. К моему удивлению, они оказались гуще, чем я помнила, и обрели блеск. Может, в этом мире вода лучше, чем в нашем? Или служанка, моя мне голову, использовала настой редких трав или зелье?
Надо спросить Литу. Мне всегда хотелось иметь красивые локоны, такие же, как у девушки в рекламе шампуня. Но, ни маски, ни бальзамы, ни средства, купленные в дорогом салоне, не помогали. Я обычно стягивала волосы в «хвост» на затылке, утешая себя тем, то роскошные кудри — удел немногих. Или, вообще, обман производителей косметики.
Но сейчас мои волосы стали лучше. А ведь я не применяла ничего, кроме мыльной настойки.
Зевнув, я решила, что вряд ли разгадаю сейчас этот секрет. Да и нужно ли? Красивые пышные волосы — гордость любой женщины. Они привлекают внимание, смягчают черты лица. Можно только порадоваться тому, что я стану симпатичнее.
***
Той ночью я быстро заснула. Меня не тревожили воспоминания о прошлом или страх перед будущим. Наверное, я начинаю привыкать к роли Мирабель Ренси.
Сначала сновидения были хаотичными, расплывчатыми. Я видела отца, сидевшего в гостиной нашего дома с газетой в руках, потом мачеху, но не ту, уверенную в себе женщину, какую я помнила. Сейчас она казалась моложе и беззащитнее. Илона стояла, глядя в окно, потом вдруг повернулась и посмотрела мне прямо в глаза. На её лице не было ни следа косметики, на скуле проступил свежий синяк, длинные белокурые волосы растрепались.
Я инстинктивно попятилась. Встречаться с мачехой не хотелось, несмотря на то, что сейчас она вызывала жалость, а не страх. И видение исчезло, сменившись каким-то незнакомым местом.
Оглядевшись по сторонам, я увидела большой зал, границы которого терялись во мраке. Потолок поддерживали колонны, украшенные затейливым рисунком. Несколько горящих факелов давали слабый свет.
Наверное, в прошлом этот зал выглядел роскошным и будто созданным для проведения праздников. Но сейчас я заметила толстый слой пыли, покрывавший пол, и грязные потеки, на колоннах, оставленные факелами.
Вокруг царила тишина. Не слышалось ни шороха шагов, ни дыхания, но я откуда-то знала, что не одна в этом странном месте. За мной кто-то наблюдал.
Я медленно пересекла освещенную часть зала. Идти дальше я не решилась, несмотря на то, что не чувствовала опасности. И все же, что-то было не так.
Немного подумав, я догадалась, что именно. Сон казался таким реальным, и, одновременно, ненастоящим. Я знала, что это — всего лишь иллюзия. Значит, я могу проснуться?
Я прикрыла глаза, приготовившись к тому, что зал исчезнет, и вдруг услышала тихий голос:
— Не уходи, пожалуйста.
В этом голосе слышалась такая тоска, что изменила свое намерение. Повернувшись, я вглядывалась в сумрак, пытаясь рассмотреть собеседника.
— Не бойся меня, — продолжал голос.
Я хотела ответить, что не боюсь, но вдруг поняла, что не могу произнести, ни слова. Странный сон лишил меня способности говорить.
— Я знаю, что это глупо: обращаться к ребенку и надеяться получить ответ. Но я хотел убедиться, что ты существуешь. Что мои чувства меня не обманули. Ты нужна мне… если бы ты знала, как сильно ты мне нужна!
«Очень мило, — подумала я, — обращаться к незнакомому человеку и говорить, что в нём нуждаешься. Лучший способ заслужить чье-то расположение».
Ситуация начала меня беспокоить. Находясь в своём мире, я бы не придала сну никакого значения. Но сейчас я в Ристании, где действуют другие законы. Меня, не спрашивая согласия, затянули в чужую, явно навеянную магией, иллюзию Кто знает, чем это обернется?
Словно почувствовав мое недовольство, незнакомец прошептал:
— Прошу, останься еще ненадолго. Твое присутствие для меня — как глоток свежего воздуха. Так я смогу установить с тобой связь и скорее тебя найду.
«А вот этого не надо, — разозлилась я. — Только сталкера мне и не хватает для полного счастья, да еще обладающего магией».
