Драконья примула [СИ] полностью

— Не помню, чтобы спрашивал твоего мнения, Хлоя. Но, раз ты такая умная, объясни, как Дайсен смог попасть в волшебный сон без кольца Тэнгу? И главное — откуда у него сила Огня?!

Последние слова он почти прорычал, заставив служанку попятиться. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы собраться с мыслями:

— Я могу только предполагать. Кольцо Тэнгу связало лорда Дайсена и леди Тэнгу особой, невидимой, но, тем не менее, прочной нитью. Поэтому он почувствовал, что девушка в беде, и смог её найти. А что касается силы Огня… Не думаю, что сам лорд понимает, что с ним происходит. Я читала старые свитки, и в них говорилось, что сила Огня может быть передана обычному человеку. Он не владеет ею с рождения, как лорд Гидеон, но использовать может. И если будет тренироваться, то со временем станет настоящим драконом.

— Не станет, — мрачно пообещал Ульв. — Я этого не допущу. Если уж сила Огня не досталась мне, никто другой в Тэнгурине её не получит! Кстати, Хлоя. Ты совсем не удивилась, когда меня ранили. Ты знала, что он владеет силой Огня?

— Я? — женщина пыталась изобразить изумление, но голос все равно дрогнул. — Откуда, мой господин?

— Хлоя, — очень мягко сказал наследник, — если не скажешь правду, то умрешь раньше этого предателя. Мне не нужны слуги, скрывающие от меня важные вещи.

— Нет, мой господин! Клянусь, я не виновата. Я ничего не знала о лорде Дайсене… но подозревала, что с ним что-то не так. Я видела узор у него на запястье. Мне он показался знакомым, но я так и не могла вспомнить, где его видела. Я бы никогда не сделала ничего, что может навредить вам…

— Убирайся!

Хлоя не заставила просить себя дважды. Едва не опрокинув круглый столик, стоявший у кровати, она повернулась и бросилась к выходу.

Только оказавшись в своей комнате — маленькой и скудно обставленной, находящейся почти под самой крышей дворца — женщина перевела дух. Сняла с головы платок, вытащила шпильки из густых волос. И присела на кровать, взяв руки чашку с остывшим чаем.

За прошедшие годы она неплохо изучила характер наследника. Но сегодня перед ней предстал совершенно другой человек. Жестокий, капризный и непоследовательный в действиях, опасный даже для тех, кто его искренне любит.

«Я посвятила ему всю жизнь, но он всё равно мне не доверяет. Равняет меня с Руфусом, который падок на богатые подарки? Или с лордом Дайсеном, который всего за месяц из друга стал злейшим врагом?»

Странный звук — не плач и не стон — вырвался из груди Хлои. Она сидела, уставившись в одну точку, и думала о том, что, наверное, совершила ошибку много лет назад, позволив себе привязаться к одинокому ребенку. Её чувства так и остались односторонними, и никакая помощь, никакая жертва не могла этого изменить.

«Даже если я отдам ему эту вещь, самое дорогое, что у меня есть… Ульв станет сильным, как всегда мечтал. Но что будет дальше? Ведь артефакт не меняет сущности человека, разве что в худшую сторону. Не увидит ли Тэнгурин второго Морога?»

Хлоя не так уж сильно любила страну, ставшую ей вторым домом. Скорее, её волновала собственная судьба, которая при Ульве, достигшем предела могущества, стала бы печальной. Сейчас она это ясно понимала.

Но если она, Хлоя, не отдаст артефакт нагов Ульву, тот, скорее всего, проиграет в стычке с Дайсеном и леди Тэнгу. Победить людей, наделенных силой, не так-то просто даже консорту.

«Что же мне делать?» — шептала Хлоя, глядя в темноту за окном, словно надеясь получить ответ. Так ничего и не решив, женщина легла в постель и забылась тревожным сном.

На следующее утро, сразу после завтрака, наследник послал Руфуса узнать, чем занят его друг. Тот вернулся быстро и сообщил, что лорд Дайсен гуляет по саду. Ульв подумал, что это отличная возможность «случайно» встретиться с ним и выяснить, как много тот помнит из событий «цветочного сна». В частности, подозревает ли Дайсен, кто подослал змею к леди Тэнгу.

Запретив слугам следовать за ним и отослав стражу, Ульв спустился в сад. Бывшего друга он нашел сидящим за столом в деревянной беседке. Дайсен, задумавшись, обрывал листья с ветки акации, которую держал в руках.

Ульву бросилась в глаза бледность друга. «Кажется, не только у меня выдалась тяжелая ночь!»

Наследник порадовался, что рана на ноге оказалась несерьезной, и не мешала ему ходить, иначе даже у простодушного Дайсена могли возникнуть подозрения.

— Кто-то решил оставить меня без цветов? Это почти преступление, Дай!

Только Ульв знал, каких усилий стоил ему этот шутливый тон. А легкую улыбку на его лице вызвала мысль о медленной казни бывшего друга, желательно в присутствии леди Тэнгу.

«Какая жалость, что ты обрёл силу Огня! Мне придется избавиться от тебя как можно быстрее, не получив от этого ни капли удовольствия».

Дайсен поднял голову. В синих глазах промелькнуло сожаление и что-то еще, чему Ульв не мог дать названия. Как будто его друг потерял что-то очень важное для себя и пытается смириться с этим.

— Прошу прощения, Ваша Светлость. Я не знал, что обычный кустарник так вам дорог.