— Смерть решает все проблемы. Нет человека и нет проблем. То есть, упыря, — поправилась она.
— Тоже Ленин, — усмехнулся Кирилл.
— Нет, Сталин! — с гордостью произнесла она и расправила свои девичьи плечи.
Проблема, как из заброшенного подземного хода найти дорогу в московский метрополитен. Где-то он пересекается, но неизвестно где. В любом случае нужно идти по шпалам в темноту тоннеля. Пока это был единственный путь.
Миша, ужасая полумрак своей косой чёлкой и стройный Ли, испытывая неловкость за свои прежние страхи, подсвечивая дорогу лучами мощных фонарей, шли впереди. Кириллу особый свет был не нужен. В последнее время его зрение обострилось, и он стал весьма сносно видеть в темноте, но без теней и контраста.
Пустынно. Рельсы, поблёскивая холодным металлом, как мираж исчезали вдали. Всё живое вымерло и вряд ли кто рискнёт спуститься в кошмарные глубины подземного мира. Но вот, словно надсмехаясь над пустотой, то там, то здесь вспыхнули красные огоньки. Они двигались, иногда замирали, скакали по стенам, прыгали на шпалы, с мерзким писком шлёпали по лужам.
— Крысы, — вздрогнул Эдик. В его голосе возникла напряжённость. — Огромные крысы, — добавил он.
Кирилл всмотрелся в темноту. Словно чёрно-белая фотография в проявителе высветилась картинка. Он заметил серые бока омерзительных животных. Крысы сбегались в стаи, иногда замирали, обнюхивая друг друга, словно обсуждали дальнейшие действия и вновь скачками бежали по ржавым трубам и обрывкам электрических кабелей.
Миша не выдержал и выпустил очередь по серым теням. Огоньки исчезли. Вновь стало тихо, но чувство, что за ними наблюдают только усилилось.
Рита полностью преобразилась. Метаморфозы произошли столь сильные, что уже человеческого тела было не видно. Огромный питбуль высекал когтями искры и тяжело дышал. Странная картина, ведь где-то внутри скрывалась тонкая фигурка женщины, судорожно удерживающая автомат.
Миша, забывшись, протянул руку, чтоб поладить страшного пса, он с детства любил животных, но едва не лишился пальцев, Рита не терпела фамильярности. С трудом сдерживая звериные инстинкты, она взвыла и потрусила вперёд. Как сейчас понимал её Кирилл, он и сам смертельно хотел вытащить драконий камень и получить сокрушительную силу зверя. Но его смертельно пугало, что он станет ещё одним Чёрным Драконом, да и завязнуть в узких переходах с такой-то массой было вполне реально. Но чем глубже они уходили в тоннель, тем сильнее возникало желание напоить камень кровью и не просто по капле, а отдать всю до остатка. Под толщей земли, вышибая остатки разума, злая магия усилилась.
— Катя, ты как? — с тревогой окликнул её Кирилл.
— Едва сдерживаюсь, — скрипнула зубами она.
— О чём это вы? — Эдик подошёл к ней и попытался её обнять, но Катя резко сбросила его руку.
Внезапно Рита, коротко взвыв, бросилась в глубину тоннеля.
— Рита! — в страхе закричал Кирилл.
— Она не ответит, — Катя обмякла и с трудом опёрлась об Эдика. Её грудь судорожно вздымалась, а изумрудные глаза побелели. — Она забрала чужую магию с собой.
Действительно, со всех словно спали оковы.
— А как же она? — в душе у Кирилла вспыхнула горечь и страх за неё.
— Если справится, вернётся, нет… станет ещё одним воином на стороне врага, — жестоко ответила Катя.
— Я не верю, — у Кирилла перехватило от горя дыхание. Внезапно ему показалось, что он её по-настоящему любил.
— Эх, напарник, мы только в начале пути, а ты уже успел расклеиться, — пристыдила его Катя.
Как пусто стало, словно вырвали кусок души. Кирилл стал корить себя, что так мало уделял ей внимание. Видение образа Стелы вспыхнуло перед глазами и быстро растворилось в светлом сиянии Риты.
— Ты в порядке? — с беспокойством окликнула его Катя.
— Да, только сердце болит.
Миша остановился, поднял руку и быстро спрятался за колонной.
— Что там? — вскинул автомат Кирилл.
— Дрезина. Мы пройдём вперёд.
Миша и Ли согнулись и короткими перебежками устремились к ней. У вагонетки остановились.
— Здесь мёртвые люди, карлики, — громко прошептал Миша, судорожно почёсывая стриженый затылок.
Кирилл и Катя сорвались с места и остановились рядом с сержантами. Они увидели нелицеприятную картину. Вокруг дрезины были разбросаны изувеченные тела людей. Все они были небольшого роста и сильно бородатые. Кто-то с перекушенной шеей, у некоторых разорваны животы и всё было залито кровью, а на стенах, будто гигантские слизняки, повисли внутренности. Было такое ощущение, что здесь произошла битва за дрезину.
— Что за люди? — Кирилл попытался разглядеть в кровавом месиве человеческие черты.
— Не-ет, это не люди, — икнул Герман Ли.
— У них хвосты, — с необъяснимой радостью заметил Эдик.
— В дрезине есть живые, — отшатнулась в сторону Катя, её палец на курке напрягся.
Миша поддел стволом автомата тряпьё, откинул сторону и сморщил нос от невыносимого зловония. Раздалось злобное шипение, показалась огромная голова на тонкой шее. Худые пальцы обхватили борта дрезины, шатаясь на ножках-спичках, поднялось брюхатое существо и оскалилось.
— Боже мой! — вскрикнул Ли.
— Какая мерзость! — скривилась Катя.
