Вскоре все освободились от верёвок и забрались на бетонные плиты перрона. Как-то всё вокруг было не реальным, столько средств и сил вбухали и почему-то метро забросили. Очевидно, что оно было нужно неким враждебным человеку силам. Они скрылись в этих подземельях, где теперь старательно копили мощь и злобу. Кирилл был в ужасе от того, что под Москвой находилась целая сеть заброшенных ходов. Всё они переплелись между собой, и получился чудовищный лабиринт. Сколько в них пряталось ненормальных людей и всякой нечисти. Месяцами можно было ходить по лабиринтам и однажды умереть, растворившись в желудках крыс.
— Куда пойдём? — Миша посветил фонарём и в такт лучу двинул стволом автомата.
Кирилл указал на блестящие рельсы. Все прыгнули на шпалы и в стороны разлетелись брызги ржавой воды.
— Однако, грязно здесь, — с неудовольствием поморщилась Катя и чтобы не коснуться склизких стен, схватилась за Эдика.
На лице у Германа Ли появилась бледная улыбка, но автомат обхватил достаточно уверенно. От него ощутимо попахивало чесноком, но вряд ли это помогло бы от упырей, одна надежда была на серебряные пули.
— Кому чеснока дать? — послышался его заботливый голос.
Миша с ходу сгреб целую жменю, и вот послышалось его громкое чавканье. Катя шарахнулась в сторону, для её утончённого обоняния это был явный перебор.
— Хочешь узнать почему упыри любят Прибалтику? — дёрнулась в призрачном оскале морда питбуля.
— Почему? — Ли с опаской покосился на девушку оборотня.
— Там люди воспитанные и не жуют чеснок в присутствии женщин.
— Извини, Рита, — Ли вжал голову в плечи.
— Там человек, — как гром среди ясного неба прозвучал шёпот Эдика, и он направил свет в тоннель. Действительно, по шпалам брёл худой мужчина. На его плечах, цепко обхватив шею скрюченными пальцами, покачивался седой старик.
Кирилл обомлел, картина была очень необычная. Может, случилось несчастье? Вдруг им нужна помощь? Только он открыл рот, чтоб окликнуть этих людей, как резко зазвучала автоматная очередь.
— Ты чего!!! — Кирилл попытался выбить из Ритиных её рук автомат.
— Упыри!
Тут он и сам увидел. Мужчина швырнул старика на землю, из-за рта выдвинулись узкие клыки, лицо исказилось, уши заострились и он прыгнул, но смертоносный поток серебряных пуль сбил его с ног. Упырь в агонии закорчился, мясо пластами сползло с тела, невыносимо завоняло горящей плотью, и как трухлявая солома, он рассыпался.
— Что со стариком? — встрепенулся Кирилл.
— Сейчас и его замочим, — взвыла Рита.
— Угомонись! — закричал Кирилл.
— Это тоже упырь, только мёртвый! — но Рита всё же опустила ствол автомата. — Если ты сомневаешься, можем подойти ближе. Эта тварь способна только руками хватать, самостоятельно ходить не в состоянии.
— Где Ли? — всполошилась Катя. Миша, а ты чего? — схватила она окаменевшего от страха деревенского парня за шиворот.
Миша быстро пришёл в себя:
— Отлипни, женщина. Я просто наблюдал… а мой друг… он между рельсами отдыхает.
Эдик поднял Германа Ли и отряхнул одежду:
— Ты чего так испугался, это же просто обычные упыри!
В отдалении корчился седой старик. Он хаотично загребал руками, пытаясь зарыться в землю, но под ним были рельсы и шпалы. Упырь вскинул голову, в глазах темнела лютая ненависть. Его седые волосы слиплись, а под кожей явственно просматривался череп. Упырь с шумом понюхал воздух и дёрнул кадыком. Из уголков тонкого рта потянулась липкая слюна, наползла на узкие клыки и заболталась в воздухе не в силах разорваться.
— Зачем всё усложнять, — Катя навела на него автомат.
— Подожди, не стреляй! Мне бы хотелось его кое о чём спросить, — остановил её Кирилл.
— Да он и ответить ничего не сможет, слюной вся пасть залеплена, — скривилась Рита.
— Ты кто? — обратился к упырю Кирилл.
Тот встрепенулся, лицо исказила судорога. Он приоткрыл рот и из него выдулся пузырь, который лопнул, залепляя ему нос. Отвратительно повеяло зловоньем.
— Не нравится? — заскрипел насмешливый голос. — Вы бы посидели в могиле шестьдесят лет, посмотрел бы я на вас.
— Куда тебя несли? — потребовал от него ответа Кирилл.
— Зачем мне тебе отвечать, — с большим трудом произнёс упырь, и устало уронил голову на грудь. — Помоги мне сесть, — неожиданно попросил он.
Кирилл едва не сделал шаг, но вовремя увидел как блеснул в глазах упыря голодный огонь, и как напряглись его жилистые руки.
— А если я тебя оставлю в покое, скажешь куда направлялись? — Кирилл присел на корточки, не сводя взгляда с застывших длинных рук.
— Что мне здесь, место плохое, камень и железо, могилу не вырыть, любой сможет обидеть старика. Если б ты отнёс меня к мягкой земле? — стал хитрить упырь.
— Не прокатит. Впрочем, как хочешь, шанс тебе давал, — Кирилл поднялся и скинул с плеча автомат.
— Не надо, — устало прикрылся рукой упырь. — Ты действительно оставишь меня в покое?
— Разумеется, — оживился Кирилл.
Уронив голову на грудь, упырь на некоторое время замолчал, затем с усилием поднял взгляд и угрюмо посмотрел. В глубоко сидящих глазах притаился тёмный голодный огонь.
— Если дашь глоток крови, о многом тебе поведаю.
