— До этого не дойдёт, — содрогнулся Кирилл, — пока существует СССР, этого не допустят.
— Угу, пока живём в стране Советской, — хмыкнула Рита. — Папа говорит, что он развалится и к нам непрерывным потоком хлынут их вонючие «западные ценности».
— Советский Союз будет стоять вечно, — не поверил Кирилл. — А, что он ещё говорит? — всё же поинтересовался Кирилл.
— С Кавказом начнётся война, поезда под откос будут пускать, дома взрывать, а на Украине власть захватят бандеровцы…
— Что за бред! Ну и фантазёр твой папа! — Кирилл вроде усмехнулся, но на душе стало просто жутко, да и начал что-то вспоминать из той жизни… где ему было шестьдесят лет. В его голове вспыхнули страшные картинки. Он неожиданно вспомнил, как в центре Европы НАТО бомбило Югославию, как терзали полковника Каддафи, пылающий Дом Профсоюзов в Одессе, как стирали с лица земли в Сирии Пальмиру… Боже мой, неужели это действительно всё произойдёт!
Рита недоброжелательно нахмурилась, но затем спокойно спросила:
— А вы в Севастополе недавно?
— Родился здесь, — Кирилл с трудом отвлёкся от своих страшных видений.
— Странно, ни разу о вас не слышала.
— А что, много таких как мы? — сбрасывая с себя оцепенение, спросил девушку Кирилл.
— В Севастополе только я, отец, да Дарьюшка, и Лаура, но она ещё совсем юная рептилия. Вот вы ещё появились. Только не пойму, вроде вы из касты чистильщиков, а в тоже время на оборотней не похожи. А вдруг вы дикие? — в её глазах вспыхнул ужас.
— И дикие есть? — удивился Кирилл.
— Ещё те уроды! Они никому не служат, творят полный беспредел, — Рита внимательно посмотрела лейтенанту в глаза. — А давай я тебя с отцом познакомлю?
— Уже поздно. Ночью, к девушке.
— Не бери в голову. Для нас ночь, что день.
— А мать как к этому отнесётся?
— Её нет, она погибла.
— Извини.
— Ничего… Это давно было, я даже её лица не помню.
— Хорошо, пойдём. А у тебя мобилка есть?
— Что ты сказал? — не поняла девушка.
— Смартфон… или, — Кирилл осёкся: «ну, конечно же, этих прелестей ещё не придумали! Какой пещерный век!» — почесав затылок, с усмешкой произнёс:
— Телефон дома есть?
— Конечно.
— Мне матери надо позвонить. Далеко живёте?
— На Вакуленчука, у гастронома.
— Так мы соседи! Это совсем близко от меня. Мой дом рядом с детским садиком.
— Там моя бабушка живёт на первом этаже. Её окна ниже уровня земли.
— Бабушка? А почему не вместе живёте?
— Дарьюшка не хочет, к тому же она там район убирает.
— Её Дарьей звать? — что-то кольнуло Кириллу память.
— Нет, Дарьюшкой, — мягко поправила девушка.
Они спустились в балку, где-то в стороне находился институт. Он был построен на отшибе и к нему вела длинная дорога, которую студенты прозвали «Дорогой жизни». Зимой по ней всегда разгонялся студёный ветер, набирал силу и лупил со всей дури в институтские корпуса и общежития, вымораживая всё тепло. Кирилл помнил, как они занимались в аудиториях, так прямо внутри помещения у двери наметало настоящий сугроб, многочисленные щели не задерживали снег. А студентам было всё нипочём! Они надевали перчатки и в них писали лекции!
— В балках жить нельзя, — нахмурилась Рита, увидев на склонах какое-то строительство.
— Почему? — искренне удивился Кирилл.
— Из них бьёт отрицательная энергия. По преданиям даже колдуны не рискуют жить в балках и оврагах, а лишь на склонах по чуть-чуть вбирая эту энергию. Если взять её сразу можно сгореть.
— То предания, — улыбнулся Кирилл.
— Как сказать, наши предки очень серьёзно относились к постройке своих домов.
— А ещё кошку выпускали, чтобы определить благое место или нет.
— Да и кошку, — прищурила глаза Рита. — Приметы на пустом месте не вырастают. В принципе это своеобразная магия. Вот ты плюёшь три раза через левое плечо, когда дорогу перебегает чёрная кошка?
— Плюю, — засмеялся Кирилл. — Так это просто традиция. Как-то перед экзаменами мне дорогу пробежало четыре чёрных кота, получил четыре балла. На каждого кота по баллу. Жаль, что пятого не было, так бы отлично было.
Рита весело засмеялась:
— Я кошек люблю и чёрных, и белых, и рыжих. У Дарьюшки живёт такой изумительный чёрный кот! Гладишь его, а он даже искры испускает, такой холённый, большой и невероятно важный.
В разговорах они незаметно подошли к подъезду и поднялись на пятый этаж.
— Мы пришли, — Рита нажала на звонок, прозвучала приятная мелодия.
Дверь открылась. На Кирилла пристально посмотрел крепкий с несильной проседью на висках мужчина. Испытующий взгляд сменяется на понимающий. Он кивнул и протянул руку:
— Вадим Петрович, — представился он.
— Кирилл.
— Проездом или как?
— Вообще я местный. Живу рядом, в соседних домах, но в принципе проездом. На побывку приехал. Сейчас служу под Москвой.
— Кадровый офицер?
— Нет. После института военные сборы, — Кирилл не стал вдаваться в подробности.
Рита приняла его шинель, орден Красной звезды ярко блеснул в свете лампы.
— Ого! — поразилась девушка.
— Не обращайте внимания, случайно дали.
— Случайно их не дают, — строго произнёс мужчина. — Заходи, присаживайся. Дочка, приготовь чай на травах! Как с Ритой познакомился?
