Обернувшись, девушка подумала и затем кивнула. Она уже проверила свою рану, переплела косу и теперь, поднявшись, вдруг пошла вперед, решив стать проводником. Она позвала их за собой движением руки. А потом ткнула пальцем в себя и бросила коротко, с акцентом: «Дейдре».
– Это твое имя? – спросил Уилл.
Девушка пожала плечами, не понимая.
– Так дело не пойдет. – И Уильям вдруг задал вопрос на Хор’Афе: – Тебя зовут Дейдре?
Девушка даже подпрыгнула, поглядела на него с раскрытым ртом.
– Ты заговорил на моем языке?!
– Можно сказать и так. Так ты Дейдре? – усмехнулся Уилл. Видимо, незнакомка сама не поняла, как перешла на Хор’Аф.
– Да. Но как ты… так быстро выучил мой язык?
На ее лице было написано столь большое изумление, как у невинного дитя, что Уилл и Филипп переглянулись. Им обоим вспомнился тот день, когда Уильям тоже впервые заговорил на этом древнем языке, доступном лишь высшим демонам. А ведь язык почти никто не знал, хотя некоторые демоны и помнили смутно фразы на Хор’Афе как нечто давно утерянное.
– Получается, она не человек, как и ты, – подвел итог Филипп. – Знать позабытый северный язык, но не знать, что ты можешь говорить на Хор’Афе… Откуда ты, дитя?
– Оттуда, конечно же! – она показала на север. – А что за Хор’Аф?
– Из какого ты города? – не прекращался допрос.
Дейдре растерялась:
– Эм… Я из небольшого поселения.
– Как же ты попала сюда, на Юг?
– На наше поселение напали… – Кажется, Дейдре была не готова к тому, что с ней смогут поговорить. Она всмотрелась в лицо Уильяма, не нашла в нем того, что искала, и ответила после заминки: – Меня взяли в плен, а потом я оказалась за большой водой, сама не понимаю как.
– Ты приплыла на корабле?
– Это те большие лодки на большой воде? С большими светлыми полотнищами?
Филипп кивнул.
– Да, на них и приплыла. Была ночь. Много огней. Нас было много, ну, девушек. Вот я и ускользнула, когда на одну из них отвлеклись, – голос ее окреп. Дейдре посчитала, что ее речь весьма убедительна.
– Вот только девушек перевозят в цепях и… – подытожил Филипп.
Но Уильям не позволил ему привести еще доводы, чтобы разоблачить столь незатейливую ложь:
– Подождите, Филипп. Подождите… Кто знает, как она выскользнула? При всех цепях и толпе магов рабы все равно убегают, причем довольно часто. Так что оснований не верить нашей гостье я не вижу. Может, там я тебя и увидел? – Заметив осторожный кивок, точно девушка не уверена, он продолжил: – Но как ты добралась до пущи Праотцов?
– В этот лес? Просто пришла.
– И долго ты шла? – Уильям сказал это вкрадчивым голосом.
– Не помню, несколько дней точно. Сначала были черные, как грязь, поля, потом холмы, на которых большие стада щипали траву. А затем начался этот лес. – И Дейдре перевела разговор на другую тему: – Но разве важно, как я попала сюда? Помоги с оковами, они наполнены магией, и я не могу их снять. А потом нам нужно уходить отсюда!
– С оковами никак.
– Но почему? – Дейдре осмотрела их, видя, как они едва сочатся магией.
– Их не снять без заклинания. Или подождать – и само рассеется. Скорее всего, заколдовывали их наспех и ненадолго. Впрочем, нам действительно пора в путь… Если хочешь идти с нами, Дейдре, то не прогоним. Мы ведь только рады интересным спутникам, не так ли, Филипп? – Глаза Уилла издевательски блеснули, но для девушки этот блеск остался незамеченным, и она не поняла, что над ней насмехаются.
Переглянувшиеся Филипп и Уильям сели верхом и направились на север. Дейдре поплелась следом за ними. Когда Уильям поумерил ход лошади, она поравнялась с ним и посмотрела снизу вверх. А он ответил встречным взглядом. В противовес ей его взгляд был равнодушным, преисполненным некоего то ли пренебрежения, то ли презрения, отчего Дейдре погрузилась в размышления.
Дейдре выглядела типичной северянкой: белокожей, черноволосой, носатой и достаточно высокой, чтобы выделяться на фоне южных низкорослых барышень. Однако волосы ее у макушки будто припорошили снегом. С виду ей было около двадцати – двадцати пяти, и она имела остатки юношеской красоты, которые уже приобретали зрелость форм, что выражалось в немного впалых щеках. Если глаза Вериатель напоминали Уильяму бездонные темные озера, то у Дейдре же были цвета неба в летний день, без завлекающей глубины и загадок… А еще она порой поджимала губы в своей простоватой и упертой манере, отчего Уильям, рассмотрев эту простоту, усмехнулся и больше не обращал на девушку внимания.
Их путь лежал к порту Шуджира, который должен был показаться из-за холмов спустя пару дней. Шуджир связывал Юг и Север – с недавних пор они так породнились, что, будь в этом мире те силы, что некогда подняли Ноэль из морских глубин, можно было бы поднять и остальной залив, дабы объединить уже почти что единое. Однако залив до сих пор разделял их, и материки напоминали две ладони, разведенные в порыве для хлопка, но так и не хлопнувшие. Поэтому, стоило трем путникам добраться до развилки, соединяющей Багровые лиманы, порт, Шуджир и дорогу Паломников, как их встретило множество торговцев и простого люда, густо населяющего земли вдоль берега залива.
