– Если не ударять по превосходящему противнику рыцарской конницей, грамотно использовать преимущество в артиллерии и стрелках, – сказал Гонсало, – заставить их самих лезть в болота, связать там боем пехоты, то слабыми мы не будем, ваша светлость.
– Примерно такой расчёт, – согласился командующий, – у них много рыцарской конницы, они могут сделать рывок, нужно быть готовыми к прорыву.
– У нас скорострельные орудия и много добрых мушкетов, ваша светлость, – заметил я, – будем держать половину орудий и стрелков в резерве, чтобы в решающий момент у них были холодные стволы для немедленного массированного обстрела, если понадобится, всё равно у нас избыток пушек и мушкетов.
– Да, недурная мысль, – кивнул де Вер, – ваши пушки и мушкеты много совершеннее, чем все привыкли, я видал делали по десять выстрелов кряду, обычно на шестой выстрел мушкет перегревается и не может стрелять, а пушки того хуже, половину дня остывают.
– Бронзовые или из стальных полос, ваша светлость, с отвинчивающейся каморой, – согласился я,– чугунные пушки имеют меньший вес, тоньше, но прочнее ствол, больше ядро и заряд пороха, у них большая скорость ядер и дальнобойность, это будущее сражений.
– А я помню ещё кольчужные доспехи мой дед носил, – усмехнулся командующий, потерев шрам от ранения стрелой в лицо при Сент-Майклс-Маунт, – да и в годы моей юности – самое опасное было английская стрела или генуэзский болт, а теперь пули, ядра, всё летит с такой неимоверной скоростью, у меня в голове не укладывается, такой прогресс, можно сойти с ума, а вон тот малец барабанщик воспринимает противопульные доспехи и пистолеты как само собой разумеющееся, какие времена!
– А представляете какие пушки увидят дети этого барабанщика? – вздохнул я, – какого совершенства достигнет оружие через столетие.
– Мне думается сложно уже придумать что-то более смертоносное, чем мушкет и пушка, – покачал головой командующий, – сколько тысячелетий мы орудовали копьём и мечом, луком и пращей, вспомнить Давида или Ахиллеса, они почти оставались неизменными.
– Позвольте, ваша светлость, неизменными ни копья, ни луки, а тем более мечи не оставались, – начал было Гонсало, изучавший оружие древних греков и римлян, – взять хотя бы римский меч гладий…
– Обожаю барабанщиков, – сказал командующий, услышав звуки, – они делят твою жизнь на до и после, давая возможность почувствовать момент: противник начинает строиться, мы последуем его примеру, удачи, солдаты!
Поглядев вослед удалившемуся широкой походкой де Веру, мы стали неспешно облачаться в доспехи и подали сигнал к общему сбору. Лагерь ожил, все куда-то двигались, многие даже бежали. Обычно рыцарский лагерь движется очень неспешно, построение может занять половину дня, а особенно ретивый герцог может не дождаться короля и ударить отдельно, иногда выигрывая битву, за что жаловался, иногда проигрывая битву. Английский лагерь как раз построением занимался долго, было видно, как неспешно выдвигаются из лагеря отряды, а многие сидят ещё у костров, угощаясь завтраком и вином. Из походных колонн атаковали только швейцарские пикинёры и подражая им ландскнехты, остальным нужно было много времени, чтобы просто выйти на поле. Командиры воплями, а то палками строили войска в более-менее ровные линии, пытаясь выполнить наказы командующего. Сегодняшнее поле боя было изрезано болотами и топкими местами с непролазной грязью, поэтому отряды построиться ровно не могли, а сгрудились по берегам топких мест, ожидая команды к атаке.
Мы заранее присмотрели себе мыс в болотах, где можно установить артиллерию и расположить стрелков, не рискуя быть сметёнными резким ударом рыцарской конницы или массированным обстрелом лучников. И тем и другим пришлось бы преодолеть жуткую топь, где потонет любая рыцарская лошадь, а человек пройдёт только если повезёт. Артиллерия противника была потяжелее нашей, калибр существенно больше, да лафеты устаревшие, они пытались настёгивать упряжки волов, тащивших эти махины, но волы и пушки увязали в грязи, поэтому пушкари сменили уже две позиции и старались по непролазной грязи добраться до сухого и удобного места. Судя по ругани и мычанию волов, успех им не грозил. Мы расположились на сухой и твёрдой почве, разложили заряды и ядра, отвели коней и расставили стрелков.
