Де Вер справедливо рассудил, что на топком поле лучше справится пехота, спешил часть рыцарей и выдвинул вперёд пехотинцев, зорко наблюдая за лагерем Стенли, однако те пока войска не выстраивали, выжидая удобного момента присоединиться к победителю. Англичане наоборот, видимо делали ставку на численное превосходство рыцарской конницы, поэтому месили и без того топкое поле, пытаясь выстроить рыцарей в наиболее эффективный порядок. В конце концов, они решили остаться на холме Эмбион, чтобы занять более сильную позицию. Как предполагалось, англичане разделили армию на три части или три баталии, как это называли. Авангард возглавил опытный герцог Норфолк, старый вояка и опытный военачальник. Ричард мелькал в войсках, воодушевляя своих солдат, Генрих напротив, вместе с телохранителями, понимая, что будет только мешать де Веру командовать, направился в тыл. Становилось ясно, что вот-вот и прозвучит сигнал к атаке, было неясно, кто начнёт первым. Ржали кони, развевались знамёна, служили молебны перед строем, в воздух пропитался напряжением. И вот забили барабаны по приказу де Вера, пехота двинулась в атаку. Они обходили болото, чтобы подстраховать свой фланг от удара, глядя на это, англичане двинули свои войска навстречу.
– Началось, – улыбнулся Гонсало, наблюдая, как авангард герцога Норфолка спускается с холма, чтобы принять бой, – они решили драться в болоте, заряжай!
– Чего ещё ждать от Англии, – хмыкнул я, – Роберт Брюс утопил английскую армию в болоте, отстояв корону Шотландии, чем мы хуже?
– У Роберта Брюса не было даже двуручного меча, – кивнул Гонсало, – у нас же есть пушки и мушкеты, не говоря про алебарды, не посрамим же короля Шотландии, победившего англичашек!
– Устройте-ка англичашкам ад, которого они достойны! – воскликнул я, – пли!
Раскаты выстрелов разорвали поле боя, запрыгали, отражаясь от земли первые ядра, выкашивая передние ряды англичан. Зрелище было ужасающим, новые чугунные ядра не разваливались, как каменные, а резво скакали по полю при недалётах и врезались, сметая рыцарей, лошадей и тем более пехотинцев на три-четыре ряда. Надо отдать должное храбрости англичан, они смыкали ряды и двигались вперёд решительно, хотя медленно из-за топкой местности. Сейчас как обычно самые бедные, носившие обмотки были в выгодном положении, чем имеющие дорогие сапоги – обмотки не засасывало в болото. Мы перезарядились, ещё раз удивив герцога Норфолка, взиравшего на открывшую стрельбу артиллерию с некоторым удивлением на невозмутимом лице, судя по всему он приказывал сбить пушкарей лучникам, двинувшимся к нам и поскорее устанавливать собственные орудия. Мы перенесли огонь на приближающихся лучников, выкашивая их беззащитные ряды, уже первые мушкеты начали обстрел, добивая лучников, не сумевших даже приблизиться к нашим позициям, несмотря на клубы дыма, заволакивающие постепенно поле боя.
Заухали пушки англичан, решив остановиться в неудобной позиции между болотами, где их пушки не могли обстреливать всю нашу армию и стояли они далековато. Завидев это, де Вер притормозил свою пехоту, заставляя завязающего в топи Норфолка подгонять свои отряды прямиком на наши ядра и пули. Расстреливать специально военачальников считалось дурным тоном, однако герцог Норфолк возглавлял войско и был на самом опасном направлении, да по штандартам наводчикам целиться удобно в сносимых ветром клубах порохового дыма. Обычно сражение рыцарей если пахнет, то самими рыцарями, теперь битва запахла жжёной пороховой мякотью, горящими пыжами из войлока и соломы. Целиться в клубах порохового дыма становилось всё тяжелей, судя по звукам, передовые отряды уже сцепились, слышались удары и крики, ничего общего с воспеваемой менестрелями музыкой войны с чистым звоном мечей. Стоял нестерпимый гул и слышались удары алебард иногда, глухо разрубающих рыцарские доспехи и вопли умирающих или раненных лошадей, пополам с криками солдат, но те были заметно тише. Иногда ухали английские пушки, тогда добавлялся звук сносимых и разрываемых тел. Мы решили повременить с обстрелом, дать пороховому дыму рассеяться, чтобы не попадать в своих и дать оружию остынуть, бессмысленно палить в никуда.
