Наутро выяснилось по эскадре, что двое умерло по непонятной причине, один повесился, не выдержав качки, а дюжину рундуков кто-то обшарил. Трупы зашили в парусину и привязав к ноге по камню из балласта выкинули за борт, едва прочитав молитву, здесь особенно не церемонились. Зато Гонсало учинил целое расследование по краже: вор был недалёким, сложив украденное к себе в рундук. Вором оказался корабельный плотник, хороший мастер, зато плохой человек. Его мастерство было нужно, поэтому вешать его не стали, а решили килевать. Это особая казнь, чисто морская: наказуемого привязывают за руки и бросают за борт, а канат тянут с другой стороны борта. На днище множество ракушек и наростов, они могут быть острыми как бритва, поэтому даже если не захлебнётся с перепугу, то поранится изрядно, говорят многие не выживали. Плотнику повезло, его тащили довольно быстро, не бросив на половине пути, днище недавно чистили, поэтому вернулся наказанный с ошалевшими глазами, весь трясущийся, но относительно целым. Он клялся больше не воровать, целовал крест и просил всех прощения. Гонсало пообещал если повторится – весьма изощрённым способом повесить на рее. Пираты тоже выбрасывали трупы умерших в море и отрубили кому-то голову, видать провинился кто-то. Море, как любой поход чреват опасностями для жизни, ничего не попишешь.
Барбаросса не приставал к берегу, шёл открытым морем, берега давно скрылись из вида. Иногда на горизонте появлялись паруса, но спешили скрыться, завидев пиратские корабли. Вообще завидев эскадру старались убраться подальше, история как с отрядом ландскнехтов: может протопают мимо, а может зарежут и ограбят. Торговые корабли больше жались к берегу, там было оживлённое судоходство, сновали военные корабли, защищающие от пиратов и сами пираты, старающиеся захватить добычу посущественнее. А в открытом море что делать, место опасное, случись что, никто не поможет. Но Барбаросса, с его-то джинном, мог себе позволить ходить где угодно. С другой стороны идти открытым морем хороший шанс не встретиться с враждебным флотом. Особенно стоило опасаться испанского флота, самого мощного и опасного в этой части мира.
– Испанцев бы только не встретить, – вздохнул я, – не хватало только отведать испанских пушек.
– Не хотелось бы, – нахмурился Гонсало, не жаждущий схватиться со своими отчаянными соотечественниками, – ну, вот, марсовые что-то увидали, вон как всполошились.
– На горизонте португальский корабль, – сказал капитан.
– Ну, хорошо не испанский, – вздохнул я.
– Португальцы ещё опаснее испанцев, – ухмыльнулся Гонсало, – они испанцам знатно в битве при Алхубарроте знатно показали почём фунт лиха.
Навстречу шла не сворачивая каракка со странным квадратным флагом, красного цвета с белым квадратом внутри и зелёными геральдическими лилиями. На мостике спокойно, высился полностью вооружённый и одоспешенный капитан, вся команда бала отменно вооружена и явно приготовилась к бою. Несколько галер Барбароссы ринулись наперерез, заставляя каракку убрать паруса, но капитан заложил ловкий манёвр и увернулся от галер, сбив одной рулевое управление. Барбаросса с джинном, что-то наколдовали и ветер стал препятствовать ловкому португальцу. Однако хитрый капитан быстро разобрался с поникшими парусами, переложил курс и ловко маневрируя увернулся от галер пирата. Но пиратских кораблей оказалось слишком много, они зажали португальца и начали бросать кошки. Острия впивались в крутобокие борта, португальцы старались их сбросить или перерубить топорами, но кошки были на отрезках цепей, только потом шёл канат, но многие цепи удалось разломать или даже перерубить топорами. Но кольцо всё сжималось, послышались выстрелы, заухали немногочисленные пушки, застрекотали мушкеты и фальконеты. Казалось у португальцев не было шансов, однако завязавшийся бой продолжался и пиратам доставалось основательно: несколько галер отвалили с повреждениями, одна даже загорелась, на палубах валялись десятки убитых, орали раненые. Абордаж затягивался, пираты никак не могли высадиться на палубу, а португальцы стойко держались, отчаянно и метко отстреливаясь.
– Мы не воюем с Португалией! – крикнул я Барбароссе, подойдя ближе, тот наблюдал за боем издалека, скрестив руки на груди, – у нас задача топить англичан!
– Добыча сама идёт в руки, – крикнул пират, – наверняка забиты специями под завязку.
– Они пустые, судя по осадке! – крикнул Гонсало, – специи возят из Индии в Лиссабон, что им делать с грузом в Средиземном море?!
– Отзовите своих людей, Хайреддин-паша, – проорал я, – иначе открою огонь.
– Повинуюсь, адмирал, – ухмыльнулся в бороду пират, дав сигнал к отступлению.
