Все кончилось еще быстрее, чем с верзилой Пятым. Четвертый только сунул руку под плащ, намереваясь достать оружие, но Стого даже не захотел узнать, чем его собираются отправить в объятья Сора, и метнул нож. Прямо с ложки, на которой тот все еще был. Эффект неожиданности плюс небольшое расстояние между Столсеном и его соперником сыграли решающую роль. Четвертый даже не успел среагировать, охнул и сполз на пол с торчащим из сердца ножом.
— Ну что, ребят, не ожидали? — подмигнул Стого тем бандитам, что сумели-таки добраться до низа лестницы. — Скучно мне тут с вами, пойти, что ли с мэром по душам поговорить?
С этими словами Столсен развернулся спиной к своим обидчикам и пошел дальше, а бандиты так и остались стоять, не понимая, как это все произошло. Их уважаемый и сильный командир повержен одним ударом какого-то неизвестного паренька. В холле воцарилась гробовая тишина, которую нарушил нож Стого, вылетевший из груди убитого Четвертого помощника Среднего пальца и снова примагнитившийся к ложке.
Открыв следующую дверь, Стого оказался в зале для приемов, большом и просторном помещении, куда раньше горожане приходили с просьбами, где надеялись найти поддержку в трудные времена. Но сейчас в кресле мэра, больше похожем на трон, сидел Средний палец Лапы Волка и нетерпеливо постукивал пальцами по резному подлокотнику. Стого вальяжно приближался к новому противнику, попутно изучая его. Столсен помнил, сколько проблем доставил Красковец, и уже прикинул, будь он сам при полном вооружении, даже тогда Средний палец лишь немного уступал бы ему в силе. Исход боя в большей степени зависел от типа способностей соперника, поэтому Стого внимательно его рассматривал, надеясь найти подсказку. Заметив меч, Столсен улыбнулся — кажется все проще, чем он думал, но терять бдительности не стоило. Аиш тоже не торопился, он помнил предупреждение Ленто, поэтому хотел получше узнать врага и разглядывал парня с интересом. Он не видел, что тот сотворил в предыдущем зале, но знал, что со всей его оравой и одним из доверенных помощников тот справился за пару минут. Этого времени Аишу хватило лишь на то, чтобы попрощаться с Ленто и немного собраться с мыслями. Что ж, кажется, и вправду сильный соперник!
— Слышал, ты со своими приспешниками объявил войну «Драксону»? — лениво поинтересовался Аиш.
— Не совсем так, — улыбнулся Стого, останавливаясь шагах в пятнадцати от трона. — Они не приспешники, мы партнеры.
— То есть, ты не самый сильный из них? Тогда тебе тут делать нечего!
— Ну, силушками мы не мерялись, но, можешь поверить, и меня одного хватит из тебя всю дурь выбить…
— Наша секта — третья сила этого королевства, наравне с королевской армией и повстанцами! — в гневе Аиш стукнул кулаком о подлокотник, отчего тот жалобно скрипнул. — А скоро мы станем сильнее всех их вместе взятых. Не боишься нарваться, парень? Неужели твое желание мести настолько сильно?
Стого улыбнулся.
— Мне незачем мстить вам, — покачал он головой. — Да, один из моих друзей здесь за этим, я лишь продолжаю дело своего отца!
— Отца? — поднял бровь Аиш. — И чем же он таким занимался?
— Он путешествовал и очищал мир от чудовищ. Знаешь, времена нынче другие и самые опасные чудовища сейчас — не лесные монстры, а вы со своей бандой. С удовольствием избавлю мир от этой заразы. Ну, а заодно и неплохо повеселюсь в своем первом путешествии!
— И последнем, — отрезал Аиш, вставая с трона, ему надоело слушать эту чушь. — Ты просто наивный и глупый мальчишка, решивший, что жизнь проста и прекрасна, что все будет так, как захочется тебе! Не знаю, как вы одолели Красковца, но, кажется, вас тогда было трое? В одиночку тебе со мной ни за что не справиться!
Стого приготовился, ему предстоял тяжелый бой…
Еще шаг, и Зава поняла, что допустила ошибку, не посмотрев под ноги. Не почувствовав опоры, девушка замахала руками, пытаясь сохранить равновесие, но у нее не получилось, и она начала падать. Кажется, это последний шаг в ее недолгой жизни. Последнее, что Зава увидела, была ехидная улыбка Загорто. Светлой показалось, что время замедлилось. Кажется, все кончено, она слаба, бесполезна и подвела дедушку… Подумав, что лучше отбить ноги, чем сломать позвоночник, Зава попыталась принять вертикальное положение. И вдруг, ей почему-то вспомнились слова матери-настоятельницы, сказанные в тот страшный день. «О, когда ты будешь готова расправить крылья и полететь, сама почувствуешь, можешь мне поверить!». А еще всплыло в памяти последнее напутствие: «Расправить крылья и полететь, не забудь!». Эх, сейчас бы ей те самые крылья! Крылья…
