— Я? — искренне удивился Столсен и рассмеялся. — Не говори ерунды, я обычный парень. Это само как-то появилось. Мой батька такой же, тоже их видит. Мы оба точно не знаем, как и почему это можем, но старик предполагает, что все от опыта зависит. Мы с ним имели дело с огромным количеством монстров, каждый из них со своими повадками, сильными и слабыми сторонами. Чтобы победить, нужно знать, чего от них ожидать, как они двигаются, когда и каким образом атакуют. Повадки их, в общем. А люди, если подумать, от зверей и монстров не так уж и сильно отличаются. Когда ты видишь их манеру двигаться и говорить, ты понимаешь, что они за «звери», поэтому можешь определить, что они умеют и насколько сильны. Некоторые маскируются, потому мои прогнозы не всегда точны. Но таких знающих очень мало, большинство не задумывается, что делает и как себя ведет, поэтому ошибаюсь я редко. Но это лишь наши с батей догадки, настоящей причины, почему мы видим ауры и их природу, я не знаю.
Кассетто кивнул.
— Нам нужно использовать твои возможности. Давай введем меру и будем измерять ею и себя, и всех тех, кого встретим. Это поможет нам оценить, насколько опасен противник.
Столсен удивленно уставился на Кассетто.
— А это хорошая идея! — закивал он с энтузиазмом. — Вот только в ком измерять-то будем? Это должен быть кто-то не особо мощный, тот, чья сила не меняется со временем, иначе мы запутаемся…
— Мизинец, — перебил Багряный. — Тот, кого мы встретили в Горте. Он как раз подходит.
— Отлично, значит Мизинец, — согласился Стого. — Хорошая идея! Так, дай подумать, сейчас оценю всех наших, чтоб обозначить начальный уровень. Ну, Голге и Зава примерно равны, это я уже говорил, и бой в замке ничего не изменил. Они будут как два Мизинца каждый. Даже как два с половиной. Ты сейчас на четыре с половиной Мизинца тянешь, не больше. Себя я оценил бы на двенадцать. Баба Гаста… до сих пор не могу ее раскусить, в среднем я дал бы ей тринадцать Мизинцев, правда ее сила изменяется от шести до двадцати, где-то так.
— Ну, а что со врагами? Теми, что еще живы.
— Исполнитель на десять тянет, может, на девять, не знаю точно, мы с ним почти не пересекались. А этот Ленто… вот он настоящая проблема, я бы оценил его на сто десять Мизинцев, а может и сто двадцать.
— Что? — Кассетто в ужасе вздрогнул и даже вскочил с камня. — Я понял, что он силен, но настолько…
— Ага, — мрачно кивнул Стого. — Тебе-то я сказал, но другим не говори пока, не пугай их раньше времени. Хорошая новость в том, что это его потолок, сильнее он вряд ли станет. Ты можешь достичь его уровня и даже стать мощней, по ауре видно, но сделать это быстро тебе не удастся. Что касается меня… Больше пятидесяти Мизинцев я стоить не буду ни при каких обстоятельствах, это мой предел. Голге такой же, как и я, а вот Зава… Ее потенциал больше твоего. Если она посвятит себя тренировкам, то сможет достичь силы ста пятидесяти Мизинцев, и это не потолок.
Кассетто стоял, перекатываясь с носков на пятки. Оказывается, их противник настолько опасен, а Зава может переплюнуть всех! В перспективе, разумеется, но все же… Интересная информация, ничего не скажешь!
— Ладно, не будем об этом, — сказал вдруг Стого своим обычным жизнерадостным тоном. — Ты спать уже иди, а я покараулю.
— Нет, — отрицательно покачал головой Кассетто. — Ты ведь любишь поплавать по утрам, я знаю. Иди, искупайся, а я посижу за тебя, спать мне совсем не хочется. Не забудь только на этот раз к завтраку вернуться!
Стого просиял, дружески хлопнул Багряного по плечу, выбежал с их укромной полянки на основной тракт и унесся вперед. Он действительно каждое утро, когда лагерь уже просыпался, бежал дальше по дороге, а там сворачивал к очередному озеру или речушке, чтобы поплавать, а также втайне потренироваться. Дело в том, что встреча с Ленто и разница в их способностях так сильно повлияли на Стого, что он решил придумать что-то новенькое, чему не учил его отец. Что-нибудь такое, что вывело бы его на новый уровень или хотя бы вернуло на прежний, учитывая вышедшие из строя ложки. Парень не выбрасывал их и все ждал, что их возможности через какое-то время восстановятся, но с каждым днем его надежды таяли. Сегодня же, благодаря Кассетто, у него чуть больше времени, и он собирался использовать его по максимуму.
Багряный остался караулить лагерь. Он солгал Столсену, на самом деле спать ему хотелось, но он догадался, что Стого не просто так каждое утро уходит из лагеря и остается без завтрака у костра, а кое-как жует на ходу. Багряному хотелось помочь парню. Сам Кассетто продолжал тренировки и теперь, пока ждал пробуждения остальных, тоже решил размяться. Вскоре все проснулись и жизнь в небольшом лагере закипела. Баба Гаста и Голге занялись завтраком и хлопотали у костра, а Зава с Кассетто складывали одеяла. К удивлению Багряного, Стого так и не вернулся к завтраку, остальные же восприняли это как само собой разумеющееся. Когда они доели, как будто по волшебству, на них со всех сторон опустился густой туман. Кассетто напрягся и посмотрел на бабу Гасту.
