— Нельзя… Если буду с Вами дружеские отношения поддерживать, они меня турнут отсюда, — тихо ответил профессор, попутно подключая машину. Перед тем, как снова стать Стого, Сашок подумал, что у него отбирают последнюю радость. Он уже привык к академику, мужик он забавный, а теперь и с ним не поговоришь… Что дальше, кормить перестанут? Совсем озверели…
День клонился к вечеру. С момента событий в замке Матерей Бумеранга прошло уже несколько дней. Отряд двигался на юг в сторону столицы Каястро — Телены, где у них была запланирована встреча с Усто и Кандексом. На душе у всех скребли кошки — победа в последнем бою не воспринималась как победа вовсе. Ребят встревожило появление Ленто, они понимали, что в честном бою его бы не победили. Больше всех был мрачен, на удивление, Стого. Он не рассказал никому, что Ленто выглядел сильнее его, самого сильного из группы, раз в десять. Стого знал, что даже достигни он пика своей формы, все равно разрыв между ним и сектантом останется двукратным. Что ж, хотя бы Кассетто и Зава имеют шансы превзойти этого монстра. Если все в «Драксоне» настолько сильны, Стого срочно нужно что-то придумать, только вот в голову ничего не приходило. Конечно, можно попробовать использовать тарелки, но отец почему-то всегда хмурился, стоило Стого спросить о них. Старик много времени потратил, объясняя и демонстрируя сыну возможности ложек и кружек, но никогда не учил обращаться с тарелками. В чем причина, Столсен не знал, но интуитивно чувствовал, что время этого артефакта еще не пришло.
Отряд все дальше углублялся в край озер и болот, который отделял их теперь от столицы. Замок Матерей Бумеранга стоял на окраине этой области, где озера встречались не так часто, но теперь они подходили к самому сердцу этого уголка Каястро. Пока никаких трудностей не возникало — баба Гаста хорошо знала эту местность, поэтому они обходили все болота и непроходимые места стороной. Когда приходилось свернуть с основного тракта, чтобы срезать путь, все наслаждались живописными видами диких речушек и озер, обычно скрытыми стеной могучих деревьев. Погода стояла чудесная. В других регионах душила жара, а тут ветерок освежал и не давал вспотеть и вымотаться. По вечерам отряд располагался у костра, ужинал, потом разбредался на ночлег, оставляя кого-то на страже. К этому времени у них выработался строгий график — первой дежурила Зава, потому что это был самый легкий дозор, а никому не хотелось утруждать девушку. Тут она даже не спорила, ведь поначалу ей не давали дежурить вовсе. Вторая вахта закрепилась за бабой Гастой. Старушка страдала бессонницей и охотно взяла на себя самое сложное время дежурства, когда ты еще не выспался, но уже нужно подниматься, а потом сложно уснуть опять. Следующим заступал Голге, который хорошо видел в темноте и наблюдал за окрестностями, когда мрак сгущался. Ронтера сменял Кассетто, а последним караулил Стого. Вечером он мгновенно засыпал сразу после ужина, и остальным казалось, что ему наплевать на возможные опасности. Зато вставал он ни свет ни заря, когда все еще спали, и шел тренироваться, поэтому последняя вахта была ему не в тягость.
В ту ночь все шло как обычно. Оставив Заву на страже, остальные уснули. На небольшом холмике недалеко от их лагеря Светлая нашла среднего размера камень, уселась на него и принялась смотреть по сторонам. Теперь, когда их стало пятеро, дежурить куда проще. Сторожить нужно всего пару часов, а оставшегося времени вполне хватало, чтобы выспаться. Девушка уставилась в неплотный сумрак, прислушиваясь к звукам ночи, но окрестности выглядели мирно. Зава сидела и размышляла, вспоминая все, что произошло в замке Матерей Бумеранга. Ее мысли уже в который раз возвращались к последнему бою и появлению Ленто. В памяти всплывали мельчайшие детали того вечера и опять, как и несколько последних ночей ее мучил один и тот же вопрос, который она пока не решалась задать.
— Ну все, девочка, марш спать! — вдруг послышалось над ее левым ухом.
Зава так погрузилась в раздумья, что пропустила тот момент, как рядом с ней появилась баба Гаста, и от неожиданности вздрогнула. Старушка тем временем села рядом с ней на камень и вопросительно уставилась на Светлую, дескать, что ты тут еще делаешь, спать иди. Зава сглотнула под тяжестью взгляда бабы Гасты, но с места не сдвинулась. Они тут одни, самое время прояснить мучающий ее вопрос.
— Спать мне рано, не устала еще, — постаралась она казаться спокойной и безразличной. — Давайте поговорим лучше.
— Можно и поговорить, дорогуша, — кивнула баба Гаста, смерив девушку хмурым взглядом, давая понять, что ей совсем не хочется, ну да ладно уж…
— Я хотела спросить вас про Альву, — уже тверже продолжила Зава, наконец, собравшись с духом. — Ее упоминал этот Ленто, и вы ее, кажется, знаете…
— Знаю, — кивнула старушка, соглашаясь. — Она была моей лучшей подругой.
