Когда новая группа нападающих подлетела достаточно близко, чтобы их рассмотреть и пересчитать, Хэйн насчитал одиннадцать грифонов и десять наездников.
«А… — дошло до него. — Вот оно что! Они выманивают патрули!!!»
На этой мысли Хэйн впервые в жизни усомнился в том, кто же главный «управляющий» в паре грифон-наездник. Он понял, что грифоны не только очень опасные, а ещё и очень умные.
За эти мысли его снова погладили хвостом по ноге, и он окончательно убедился, что Киран не шутил, когда говорил, что грифоны умеют читать мысли.
От этой мысли ему стало не страшно, а весело! Он нежно погладил Королеву по шее в ответ.
«Ты мне нравишься», — честно мысленно признался Хэйн, а грифон резко помчался вверх, набирая высоту для следующей атаки…
Пять грифонов во главе с Королевой расправились с десятью наездниками менее чем за четверть часа. Несмотря на отсутствие собственных наездников, у них было стратегическое преимущество: они действовали сообща под командованием Королевы. А вот грифоны противника этим похвастаться не могли и действовали разрозненно под командованием своих наездников.
Когда бой был окончен, ритуал повторился: Хэйн отстегнул всех наездников. Двое из них даже остались живы — просто потеряли сознание.
«Прошу, не убивайте их», — подумал Хэйн, зная, что его слышат.
Он перевязал раненных и закутал их в пледы, оставив рядом немного воды и еды из их сумок.
Грифоны терпеливо ждали и раненых не тронули. Когда с этим было покончено, Хэйн сразу же забрался в седло и подумал: «Благодарю».
Королева ничего не ответила и тут же взлетела. И снова Хэйну пришлось безучастно сидеть в седле, наблюдая, как они летят в сторону крепости за одним из новеньких подданных Королевы.
«Нам ещё надо двенадцать грифонов, — подумал Хэйн. — Да ещё и с сёдлами. Это мы на осаду крепости, что ли, летим? Вот было бы здорово! Жаль, что Йорг этого не видит. Он был бы просто в восторге!»
Восторг Хэйна, по-видимому, передался и грифонам, и они мелодично застрекотали…
Когда Хэйн отчётливо различил коричневую крепостную стену на горизонте, вся их стая синхронно взмыла вверх. От крепости отделились коричневые точки и пошли им наперехват.
Хэйн крепко сжал сложенное копьё и понял, что всё, что происходило до этого, было просто разминкой — на них мчалась не разрозненная стая грифонов, а слаженный боевой клин, который повторял все манёвры вожака.
«Интересно, у них есть своя Королева?» — подумал Хэйн, и тут же в его голове вспыхнул утешительный ответ:
Хэйн решил ему поверить и весело сказал:
— Тогда мы точно справимся!
Клин противника начал так же набирать высоту, как и они, и под самыми облаками они пошли друг другу навстречу на огромной скорости…
Своё первое копьё Хэйн выронил, когда две волны грифонов захлестнули друг друга. Мир вокруг завращался с бешенной скоростью, то вдавливая его в седло, то чуть ли не отрывая от него в свободном полёте. Голову разорвало на части от душераздирающих грифоньих воплей с обеих сторон. Чтобы удержать себя в седле, а подкативший приступ рвоты внутри, Хэйну пришлось выронить копьё и что есть силы зажать рот рукой, засунув её под маску.
Теперь он понял, что чувствовали другие, летая на грифонах, ведь до этого он всегда чувствовал себя прекрасно и не понимал, чего это они все такие бледные.
Кое-как переборов себя, Хэйн всё же достал второе копьё, абсолютно не понимая, чем оно ему может тут пригодиться, даже с точки зрения защиты, но всё же чувствовал, что поступает правильно.
Через несколько минут темп боя немного замедлился, и Хэйн даже начал различать, что происходит вокруг: все грифоны разбились на группы по двое-то трое и начали выяснять отношения между собой. На них с Королевой тоже нападало двое, и Хэйн понял, что теперь он сможет найти применение копью. Он отпустил луку седла и взял копьё двумя руками за крайние секции, всё ещё не смыкая его. И вовремя! Ему удалось отбить удар справа!
В голове всплыла картинка, как Киран с легкостью ломал шеи наездникам противника в том легендарном бою над торгами, но как у Хэйна ни чесались руки попробовать то же самое, он всё же сосредоточился на том, чтобы научиться сначала распознавать подходящий момент.
Увидев, что он не нападает, а только защищается, его противники осмелели и сосредоточились на том, чтобы выбить у него копьё из рук. Им это удавалось с переменным успехом. Хэйн потерял ещё три копья и понял, что рисковать больше не может — надо атаковать, пока он не остался совсем безоружным.
«У меня осталось два копья, — мысленно сказал он Королеве. — У меня нет выбора — я буду пытаться атаковать».
Королева странно фыркнула, сложила крылья и помчалась вниз, уходя на огромной скорости от своих противников.
Хэйн так и не понял, что это могло значить, но сложенное копьё сжал покрепче одной рукой.
Почти у самой земли она сделала петлю и помчалась на огромной скорости вверх, сближаясь с пикирующими на неё нападающими.
