Савгон тщетно силился разглядеть что-либо за облаком пыли, глядя на дорогу, ведущую к замку. Стоя на стене, рядом с башенкой охраняющей ворота, он пытался представить себе, как будут дальше развиваться события в стране Лазоревых Гор, и каждый раз приходил к выводу, что всё лучшее давно осталось позади. Впереди было только рабство, и постепенное истребление. В горах никогда не было рабов. Виги – воинственны, но и отходчивы. Захваченные пленники обычно работали в рудниках, как и многие свободные харвеллы или заулы, и получали за это золото. Два-три года, и их обычно отпускали. Они могли уехать домой, благо денег у них теперь было гораздо больше до того как их пленили, а могли и остаться в стране Лазоревых Гор, что многие и делали. Такие обзаводились домами, женились, и скоро уже не помышляли о том, что как-то жили до этого.
Облако пыли приблизилось, и теперь можно было разглядеть тех, кто ехал верхами впереди всей большой колонны. Сердце с тревогой дробно ударило в грудь. Конечно, ворота замка были закрыты, а воины готовы к схватке, и всё же… Стены казались слишком низкими, ров с водой слишком мелким, а бойцов слишком мало, чтобы защитить от перманов людей клана Стремительной Рыси. Что же это? Старость? Или теперь так и есть?
– Мой вождь! Я вижу вождя клана Снежных Барсов, Вальхара!
– Открыть ворота! – Тут же отозвался Савгон. – Лекарей сюда и знахарей! Возможно им понадобится наша помощь!
Массивные, железные ворота, в какие никогда не ударял ни один вражеский таран, со скрипом отворились, и подъёмный мост опустился, образовав широкую дорогу через ров с водой.
Савгон быстро спустился по каменным ступеням, решив, что встретит сам своего старого друга, и расспросит обо всём, что было тому известно. Он просто изнывал в неизвестности. С тех пор как он принял все меры предосторожности, а перманы ступили на земли страны Лазоревых Гор, Савгон не получал никаких вестей от других вождей кланов, и смутно представлял себе, что вообще творится. Он надеялся, что хоть Вальхар внесёт какую-то ясность в то, что происходит.
