– Нет-нет! Что ты! Она давно уже в деревне, и Йеге отпаивает её каким-то своим волшебным отваром. Бедняжка! Она потеряла много сил, и честное слово, я не знаю, как ещё душа держится в её слабом тельце! Дайте вина воеводе! Он еле держится на ногах!
Рутгер сделал несколько глотков из протянутой кем-то фляги, и действительно, почувствовал себя гораздо лучше. Решительным шагом он направился к деревне рыбаков, думая о том, что больше нельзя просить ведьму о таком сильном колдовстве. Она ему слишком дорога, чтобы так можно было рисковать её жизнью. В следующий раз её организм может не выдержать, и сердце просто остановится. Страшно даже представить, что тогда случится!
Аласейа встретил его на краю деревни, с неизменным Анди за спиной, с распростёртыми объятиями, словно после долгой разлуки, и, похлопывая по спине, с тревогой спросил, сразу же стерев улыбку с лица:
– Война? С кем?
– Перманы и ярвиры. – Стальной Барс освободился от объятий, и, обходя лабиринты расставленных на шестах для просушки сетей, шёл к хижине, занимаемую вождём Валтором и Зурией, оставив далеко позади о чём-то спорящих воинов.
– Уверен, что к этому приложили руку лорды. – Высказав свою мысль, царь россов пошёл рядом, приноравливаясь к широкому шагу воеводы.
– Ты мудр, так скажи мне, зачем им это? Ведь они виги, так зачем хотят уничтожить свой народ?
– Власть и несметные богатства имеют огромную силу. Они могут завладеть разумом любого человека, и тогда уже не будет никакого преступления, на какое бы он не решился.
– Даже если это нарушает собственные, ранее изданные законы? Как же это?
– Чтобы безнаказанно совершать преступления против своего народа, надо просто придать им форму закона.
– А как же потомки? Они проклянут имя того, кто всё это совершил! Это же история, и летописцы опишут её так, как было на самом деле!
– Придя к власти историю можно переписать так, как тебе заблагорассудится. Летописцы – люди, и так же, как и каждый человек, хотят жить. Мне ли тебе объяснять? Ты уже переделал историю своей страны, и я думаю, что это будет не в последний раз. Надо лишь уметь различать, что это может принести: пользу или вред. Хотя… Я считаю, что маленькая ложь всегда рождает более большую, и, как следствие, более опасную.
Рутгер остановился, и виновато посмотрел в глаза другу:
– Не рви мне сердце, Аласейа. Поверь, мне очень трудно, и я не знаю, что мне делать.
Царь россов улыбнулся, и пожал рукой плечо воеводы:
– Извини. Я обещал Эррилайе, что больше не буду тебе напоминать об этом.
