Странная парочка! Похоже, что Зурия использует Валтора для достижения каких-то своих целей. Она пользуется своим влиянием, своей внешностью, всем, что у неё есть, для чего? Чего может жаждать человек из века в век с тех самых пор, как боги сотворили Обитаемый Мир? О, Бессмертный Тэнгри! Как всё это давно знакомо! Может, показалось? Во всяком случаи они производят впечатление безумно влюблённых друг в друга. Пылкие взоры, многообещающие полуулыбки… Может, это всего лишь его бред, а на самом деле ничего этого и нет? В конце концов, какое его дело?
– Чтож, если Микон захочет остаться, то я могу вернуть ему его роту. Это в моей власти. – Кивнул Стальной Барс, лихорадочно пытаясь сообразить, что они могут потерять, когда здесь останется сотник, не раз дававший хорошие советы.
Да, он был хорошим воином, сражался не щадя жизни, но не дотягивал до любого из вигов. Причина была, скорее всего, в его болезни, что его когда-то щедро одарила Невидимая Смерть. Зато он знал всё о тактике и манере боя русов. Именно благодаря его знаниям северянам удалось разгромить пять сотен отборных воинов императора в ущелье. Когда знаешь, как будет действовать противник, всегда легче устроить для него сюрприз! Потеря старого Микона может быть непозволительной роскошью, но разве можно его удерживать, если он захочет остаться? Не будет ли это большой ошибкой? Здесь и так, не всё ясно, как в плотном тумане, скрадывающем чёткие очертания. Не останется ли он на свою собственную погибель?
– Если Микон останется, то я не буду ему препятствовать. – Рутгер оглянулся на Аласейа, ища его поддержки, и тот улыбнулся, кивнув головой. – Означает ли это то, что вы дадите нам проводника, и выполните условия договора?
– Конечно. – На мгновение Зурия замерла, и её глаза снова заблестели. – Он сможет обучить наших воинов бою в строю, и я думаю, что надобность в твоём отряде, непобедимых северян, отпадёт сама собой! Со временем мы станем грозной силой, и сможем сокрушить власть императора Геннаха!
– Чтож, надо послать за Миконом, и спросить у него… – Начал было воевода, но Зурия его перебила, отчего тот недовольно поморщился.
– Я уже послала за ним, и сейчас он должен стоять возле дверей, ожидая твоего решения. – Она хлопнула в ладоши, и в хижину, чуть щурясь со света, вошёл сотник.
Увидев воеводу, Микон тут же опустился на колено, и, склонив голову, чуть заикаясь, произнёс:
