– Покиньте лагерь Тартея, как только вашим раненым станет лучше. Я поговорю с ним, и уверен, что вождь не откажет, и даст вам лучшего проводника, какой только найдётся среди ювгеров. Но поверь мне, что идти дальше в земли, занятые мутантами – равносильно самоубийству! Дождитесь весны, и вместе с сильными, отважными воинами племён ударите прямо в сердце исчадий ада!
– Только что ты говорил, что у вождя Тартея совсем нет средств чтобы содержать четыре десятка союзных воинов. – Напомнил воевода.
– Да, это действительно так. И всё же, если вы отойдёте вместе с ювгерами на север, примите деятельное участие в подготовке к войне, то он сможет снабдить вас всем необходимым.
– То есть, здесь, вдали от своих стойбищ он не может выполнить свои обещания. – Рутгер сделал вид, что раздумывает над предложением руса, и решительно проговорил: – Нет. Мы не можем пойти на такой шаг. Для нас дорог каждый день, надеюсь, ты понимаешь это.
Торговец торопливо закивал головой, и вымученно улыбнулся, словно обрадовался тому, что ему не пришлось говорить чего-то постыдного, порочащее его. Увидев улыбку, Стальной Барс подумал, что, наверное, зря дал столь рано такой ответ. Возможно, в дальнейшем разговоре Сайана можно было бы вытянуть на ещё большую откровенность, и он рассказал всё без утайки. Хотя, и теперь, с большой долей вероятности можно было сказать, о чём умолчал рус.
– Хорошо. Я передам твои слова Тартею. – Хрипло заверил торговец воеводу, и немного помолчав, добавил: – Среди ювгеров найдётся много воинов, готовых показать дорогу к местам, где видели Древних. Я буду молиться всем богам, каких знаю, чтобы ваш путь был лёгок и безопасен.
С видимым облегчением Сайан поклонился, и сделав пару шагов назад, повернувшись, скрылся за пеленой снежного марева. Рутгер посмотрел ему вслед, перевёл взгляд на еле видимый костёр, где кутаясь в меховые плащи, сидели дозорные ювгеры, и прежде чем откинуть полог в жарко натопленный шатёр, глубоко вздохнул. Только сейчас он понял, как трудно ему дался этот разговор, и всё же он смог настоять на своём. Впрочем, рус не слишком и настаивал на том, чтобы склонить северянина на то, чтобы они продолжили военный поход весной. Видимо, он уже просчитал то, что может сказать Стальной Барс, и пришёл к выводу, что не стоит тратить своё красноречие, чтобы сдвинуть скалу. Трудно вести переговоры, пытаясь что-то скрыть, и боясь сказать что-то лишнее.
