— Увидишь, — туманно ответила я, с удовольствием замечая, что мы приближаемся к столице.
Вдоль дороги были уже не лопухи и одуванчики, а ухоженные розовые кусты. Каменные заборы увиты цветущим вьюнком и плетями дикого винограда, дома становились все богаче и красивее. Пока еще они были маленькие, словно игрушечные, но сияющие свежей краской и лакированными высокими крышами. Несколько раз нам пришлось отъезжать в сторону, пропуская подводы с камнем и длинными ровными деревяшками. Если это бревна, то почему они квадратного сечения? Если это дерево для постройки домов, то почему оно такое толстое и одинаковое? И только когда я увидела телегу с металлическими полосами, я догадалась: железная дорога! Кейташи мне говорил, а я не обратила внимания.
— Скажите, любезный, а куда будет идти железная дорога? — спросила я у чиновника в роскошном шелковом халате. — И как скоро ведется строительство?
Он вдруг засиял всем лицом, молодея разом на добрый десяток лет.
— Лея — иностранка? Скажите, вы видели паровоз?
— И видела, и ездила на нем. В Ранолевсе они ходят давным-давно. Это очень удобно и куда быстрее дилижансов.
— Мне приятны ваши слова, лея. Местные жители изо всех сил сопротивляются прогрессу! Представляете, они ложатся на дороги и не позволяют нам проехать, и такое бывает! А ведь все делается для них, для того, чтобы путь из Рэйзу в Шейнар занимал всего пять часов вместо пятнадцати.
— Разумеется, паровоз – это прекрасно, — согласилась с ильхонцем я. — Куда приятнее пить чай, сидя на мягком диване и глядя в окно, чем трястись по пыльной дороге на лошади. А уж насколько быстрее и проще будет торговцам!
— Истинно так, лея, истинно! Благослови вас великие птицы! Вы из Шейнара, верно?
— О да, и, как видите, верхом.
— А спустя полгода поедете на поезде! Доброй вам дороги!
— Пусть ваш нелегкий труд будет скрашен пением птиц, — распрощалась я с любезным чиновником.
Ошарашенный Тайхан, только хлопающий глазами, последовал следом за мной дальше, к столице.
— Но ведь эту вашу дорогу построят среди полей и лесов? — осторожно уточнил он у меня. — Не в воздухе же она повиснет?
— Конечно, среди полей и лесов. Выберут самый удобный путь и построят.
— Может быть, даже через деревню?
— Вполне возможно.
— У людей заберут землю, которую они обрабатывают? Дома, где они родились?
— И что? Так нужно для Ильхонна. Так будет лучше для всех. К тому же, я уверена, Светлоликий все компенсирует.
— А через лес — это вряд ли, — вздохнул Тай. — Сомневаюсь, что им фэйри позволят.
— Думаешь, их спросят? — усмехнулась я.
— Думаешь, им есть дело до того, спросят ли их? — в тон мне ответил Тайхан. — Они просто уничтожат все, что захотят. А строителей зачаруют.
— Это они могут, — поежилась я. — Но, думаю, Император и его министры далеко не дураки. Они все просчитали.
— Надеюсь.
За такими милыми разговорами мы и подъехали к столице.
В отличие от городов Ранолевса, зачастую окруженных каменными стенами и украшенных дозорными башнями, тут не было ни оград, ни ворот, ни стражи. Сразу же начинались дома, стоит признать, красоты необыкновенной. Стены из гладкого дерева, с балконами, висящими под крышами разноцветными бумажными фонарями, с верандами, квадратные окна которых были затянуты рисовой бумагой, а то и сияющими стеклами. Домов ниже двух этажей почти и не встречалось, зато были многоуровневые цветные крыши — красные, черные и зеленые. Это я видела и в Шейнаре: красные — жилые дома, зеленые — лавки и магазины, черные — здания административного толка: банки, ломбарды, писарни и школы. Мостовая была вымощена каменными плитами с желобками для того, чтобы стекала дождевая вода. И фонари, везде были высокие круглые фонари на кованных черных столбах. Сейчас день, они не горят, но вечером я непременно выйду прогуляться, чтобы посмотреть, как сверкает Рэйзу в сумерках.
— Интересно, их маслом заправляют? — задрал голову Тайхан, который тоже впервые покинул Шейнар.
Я пожала плечами. В Ранолевсе фонари были на керосине. Фонарщики каждый вечер доливали в них горючее и зажигали. Кто знает, как тут устроено?
— Многоуважаемый лей, подскажите, пожалуйста, как найти чайный дом “Дивная роза”? — с поклоном обратилась я к представительного вида прохожему. Судя по одежде и отсутствию оружия — мелкий чиновник или довольно богатый торговец. То есть — ровня мне по статусу.
Он внимательно рассмотрел мой простой дорожный наряд и весьма недешевые атрибуты богатой леи: шелковый зонтик от солнца (висящий за спиной, потому что ехать верхом с зонтиком в руках невозможно), веер из резный кости на поясе, шляпку, которую я забрала у Мэй (самую дорогую, какая имелась), бросил взгляд на “слугу”, смиренно опустившего глаза и всем своим видом демонстрировавшего острую недоразвитость, одобрительно цокнул на Цийлинь (попробовал бы он не оценить мою лошадь!) и снисходительно принялся объяснять:
