- Совершенно верно, - кивнул мистер Вейн, - С их помощью вы будете проходить следующий этап. Но для начала вам нужно будет их извлечь из шара, а это уже совершенно другой вопрос, ответ на который мы вам, говорю сразу же, не дадим.
- Марция? - Дамблдор взглянул на свою студентку, которая не знала, что ей спросить. Затем она повернулась и увидела внизу несколько десятков каменных статуй. С грустью взглянув на одну из них, девушка печально улыбнулась.
- Что будет с нашими талисманами? - спросила гриффиндорка.
- Ох, - Дамблдор улыбнулся, явно довольный её выбором вопроса, - Вы ещё увидите их. Поздравляю с первым местом, - мужчина шутливо отвесил своей студентке поклон и удалился вместе с другими директорами объявлять результаты всем зрителям.
- И опять понятно, что ничего непонятно, - тяжело вздохнула Николь, - Если узнаете что-то - говорите мне.
- Помогаем друг другу, - кивнул Фил. Шармбатонка и дурмстрангец, переглянувшись, посмотрели на Марцию. Та, улыбнувшись, кивнула.
Вот так и окончился первый этап. Зрители были довольны результатом и зрелищем, но это было не особо важно. Марция, Николь и Фил сплотились - вот, что было главным. Они были готовы помогать друг другу в решении проблем, хоть и не должны были, по идее. Но соревноваться никто из них сейчас не хотел. Они уже начали дорожить друг другом, а директорам это было только в радость. До поры до времени.
***
- И я с радостью готова объявить вам результаты, - Лидия, затаив дыхание, ждала итогов, которые собиралась огласить мадам Максим.
Она с уверенностью могла сказать, что Уилл и Стайлз оглохли каждый на одно ухо. Она не хотела кричать так громко, но не могла сдержаться, и имя Марции само слетало с губ девочки каждый раз, стоило только той совершить очередной успех. Когда же гриффиндорка нашла свою сферу, орали уже и Стайлз с Уиллом. Так что Лидия могла бы сказать, что они вернули должок.
- С перевесом в несколько очков второе место занимает Шармбатон, - объявила мадам Максим. По трибунам прошлись шепотки, а Лидия нахмурилась. Если Николь заняла второе место, её должны были объявить только после объявления третьего. А значило это лишь одно, - Хогвартс и Дурмстранг, набрав одинаковое количество очков, занимают первое место. Поздравляю Чемпионов! Поздравляю директоров! Поздравляю болельщиков! В честь открытия Турнира сегодня вечером всех ожидает праздник!
- Первое место! Первое место! - Уилл и Стайлз, прыгая, орали это, едва не срывая голоса. Лидия, смеясь и практически светясь от счастья, почти начала подпрыгивать сама, хлопая в ладоши.
Неподалёку от них Соня во весь голос представляла какую-то кричалку, расслышать которую у троих друзей не было ни сил, ни возможности. Тем не менее, все болельщики Хогвартса - а заодно Шантель, Элоиза, Стефан и Рено - находящиеся в непосредственной близости от Сони, самозабвенно поддерживали девушку. Некоторые смеялись до колик, другие плакали. Шармбатонцы улыбались и поздравляли остальных болельщиков, по-доброму обещая им ещё показать себя.
Ответ из Хогвартса на письмо Стайлза и Лидии (почти не несущее в себе информации ввиду передозировки эмоциями авторов) пришёл буквально сразу. Там тоже особо много информации нельзя было найти, но, тем не менее, то, что ребята поставили на уши весь “дом”, было ясно.
Вечером, как и обещала Мадам Максим, состоялся праздник. Марция, Николь и Фил сидели вместе, принимая поздравления и постоянно улыбаясь. Было видно, что им комфортно рядом друг с другом, и это лишь заставляло всех улыбаться.
Когда праздник уже подходил к концу, кто-то из студентов решил поднять “серьёзные” вопросы. В итоге Чемпионов заставили предпринять попытку по вскрытию сфер, которые весь вечер были при них. Естественно, не вышло абсолютно ничего. Тем не менее, кто-то выразил гипотезу. Что-то вроде того, что сферы реагируют на непосредственные стихии или опять какие-то вещи относительно принадлежности Чемпионов к их факультетским домам. Ребята пообещали проверить эту теорию в ближайшее время.
Лидия же совсем не вовремя вспомнила о двух волнующих её вещах. Первая была ужасной, вторая - более нейтральной. Первой вещью было Рождество. Вернее, Лидию волновал не сам праздник, а то, где она будет. Она пообещала Эллисон и Малии - да и Скотту тоже - быть с ними. Они распланировали это ещё летом. Дома она, конечно, тоже появится, но не в новогоднюю ночь. Но всё зависело от того, отправят ли их в принципе в Лондон.
Она полюбила всех здешних ребят. Элеонор останется в замке, Рено и Стеф - тоже. Она была бы этому рада, и она знала, что прекрасно провела бы с ними время, но она слишком сильно жаждала возвращения домой, так что даже мысли о том, чтобы остаться во Франции, навевали лишь грусть и тоску. Но тут же на помощь приходила вторая волнующая Лидию вещь, и от этого с грустного её выражение лица сменялось озабоченным.
