Лаки приехала через несколько минут, подбежала к машине и дернула за переднюю дверцу. Грэди снял блокировку, и она протиснулась на сиденье, на котором, обхватив колени руками и уставившись безжизненным взглядом в одну точку, сидела Кассандра.
— Рассказывай, кто ее так обидел, — строго приказала своему ученику Лаки.
— Подонок, который считался моим отцом, — с отвращением ответил Грэди. — Если бы я немного задержался, то он изнасиловал бы Касси.
— Я всегда знала, что у него нутро с гнильцой, но это уже настоящая дикость. А еще прикидывается другом Килпатрику.
— Он хотел обесчестить меня на «празднике цветов», потому что ненавидит папу, — прошептала Кассандра. — Грэди он тоже ненавидит, из-за этого так и озверел, решив, что мы занимались сексом, — она горько заплакала. — Но мы только целовались, со всем остальным Грэди предложил подождать до свадьбы. А мне, если честно, хочется прямо сейчас, и это так стыдно. Раньше я совсем не думала о сексе, а сейчас просто с ума схожу и чувствую себя какой-то распутницей. Наверное, я и правда, такая, если Фицджеральд позволил себе так вести со мной.
Девушка говорила сумбурно, глотая слова и размазывая по щекам горячие слезы. Лаки обняла ее за плечи и тихо заговорила, заглядывая в заплаканные глаза:
— Нет, ты хорошая девочка. Просто у тебя есть любимый парень, поэтому мысли о сексе и приходят в голову. Интересно же, как будут развиваться ваши отношения. Давай поедем ко мне и поболтаем обо всем. Ты знаешь, кто я, и понимаешь, что со мной будешь в полной безопасности. Если захочешь, то и Грэди поедет с нами, а не захочешь — не поедет. Выбор за тобой.
Кассандра немного успокоилась и тихо сказала:
— Я верю тебе, Лаки, ты всегда мне нравилась. А Грэди я пока не хочу видеть, да и в дальнейшем не уверена в том, что смогу встречаться с ним. Он ведь сын Брогана Фицджеральда, и это всегда будет стоять между нами.
— Хорошо. Сейчас мы поедем в отель, в котором я живу, и там поговорим.
Лаки протянула девушке руку и помогла выйти из машины, незаметно подавая парню знак следовать за ними.
Вскоре они были уже на месте. Лаки говорила, не умолкая. Сказала, что это ее собственный отель, и сейчас они закажут себе вкусную еду. А затем за бутылочкой вина поделятся своими секретами и придумают, что им делать дальше.
За два часа она узнала все, что произошло с Кассандрой в этот день. Начиная с восторга от восхитительной близости с Грэди и заканчивая унизительной сценой с его отцом. Девушка вновь расплакалась от отчаяния, что потеряла любимого, а еще от страха, что Фицджеральд оговорит ее перед родителями, и ему поверят. Она даже не знала, возвращаться ей сегодня домой, или лучше сразу уехать в Дармунд.
Лаки пообещала все уладить и напоила Кассандру целебным зельем. Через несколько минут девушка уже сладко спала на широком диване, а Лаки позвонила Грэди и предложила ему зайти в номер.
Тот появился почти мгновенно. Все это время он просидел в машине, навязчиво прокручивая в памяти омерзительную сцену и прощаясь со своей любовью навсегда. Из сложившейся ситуации не было никакого выхода. Домой дороги нет, да и в Дармунде делать нечего. Все семейные деньги были в руках Фицджеральда. Матери приходилось выклянчивать у него каждую мелочь. Она не сможет оплатить обучение сына, к тому же, после грязной клеветы Брогана, может вообще не захочет его видеть. Понимая, что загнан в угол, Грэди готов был завыть от безысходности. Какой ужасный день… Сначала познать подлинное блаженство, а потом мгновенно потерять все из-за прихоти похотливой скотины.
Лаки хватило одного взгляда, чтобы оценить глубину его горя.
— Грэди, пока мы живы, все можно изменить. Это только со смертью не поспоришь, хотя случается и такое. Ты готов идти до конца?
— Ради Кассандры я готов на все, — без всякого пафоса ответил парень, и Лаки ему поверила. — Хоть нам и не суждено быть вместе, я хочу, чтобы она была счастливой. Если сможешь, то помоги ей забыть весь этот ужас, чтобы она не страдала.
— Я помогу вам обоим. Но от тебя потребуется не только смелость и решительность, но и готовность нарушить некоторые правила поведения, да и приличия тоже.
— Да я нарушу все, что угодно. Мне терять нечего.
— Тогда начнем. Я спрашиваю, а ты правдиво отвечаешь. Совсем, как у нас на уроках, — ободряюще улыбнулась девушка и стала задавать вопросы.
— Ты готов жениться на Кассандре? Только не торопись с ответом. Килпатрик запросто может посчитать, что ты изнасиловал его дочь и захочет наказать тебя. Я ведь не шутила тогда, говоря о лопате. Но это не единственная трудность. Второй, вполне возможно, станет разочарование в Кассандре, ты ведь не знаешь ее настоящего темперамента. Я поговорила с ней и поняла, что перед Бельтайном ей подливали возбуждающее зелье, причем в больших дозах, для того, чтобы она захотела пойти на «праздник цветов». Этим и объясняется вспышка ее сексуальности. Но скоро действие зелья прекратится, и страстность Кассандры может угаснуть. Ты же не будешь подпаивать ее всю жизнь?
