— Да, да, мой дорогой, — счастливо выдохнула девушка и поцеловала любимого в губы, а затем начала свое увлекательное путешествие по его телу.
Через час непрерывных ласк, слегка уставшие, они приняли ванну, а затем продолжили свое приятное занятие, и вышли из комнаты только к вечернему чаю.
Родители, такие солидные и серьезные, что невозможно было даже заподозрить, что они сами только час назад покинули супружеское ложе, напряженно смотрели на молодую пару, гадая, произошло определенное событие или нет. Отец подметил припухшие губы обоих, а мать опытным взглядом сразу заметила отсутствие макияжа и растрепавшиеся волосы Триши. Алисия нахмурилась, заподозрив, что девочка плакала. Похоже, советы уже запоздали.
Олиф обнял девушку за талию и поцеловал в висок. Она застенчиво улыбнулась ему в ответ.
— Мама, ты поможешь Трише выбрать свадебное платье? Мы хотим попросить господина Галларда провести для нас обряд.
— Обязательно помогу, сынок, — расцвела Алисия и с удовольствием расцеловала будущую невестку. — Я так рада, моя дорогая.
— Сын, а ты знаешь обязательное условие для проведения обряда? — осторожно поинтересовался Аластар. — Господин Галлард очень принципиально к нему относится.
— Конечно знаю, папа, нас заранее предупредили об этом, — заверил Олиф и отметая дальнейшие вопросы, твердо произнес: — У нас с Тришей все в порядке. Я хочу сегодня же поговорить с мистером Ланкастером, и рассчитываю на твою помощь.
— Хорошо, — безропотно согласился отец и набрав номер судьи, обратился к нему по-дружески: — Здравствуйте, Кевин. Как поживаете? А у нас с сыном есть к вам одно важное дело. Вы угадали, дети хотят пожениться. Да мы и сегодня готовы все обсудить. Значит, подъедем к шести часам. Триша с нами, все нормально. До встречи.
— Сказали, что ждут с нетерпением, — с довольной улыбкой сообщил Аластар. — Давайте собираться. Надо еще заехать к ювелиру.
Он был рад, что сын взял ответственность за девочку, а не просто использовал ее.
— Пойдем, поможешь мне выбрать платье, — подхватив Тришу под руку, предложила Алисия.
Она увлекла девушку в гардеробную и усадив на диванчик, прямо спросила:
— У тебя смыта косметика, ты плакала? Олиф был груб с тобой?
Триша смутилась от столь откровенного вопроса, но убедительно возразила:
— Нет, что вы. Мне попала соринка в глаз, вот и пришлось умыться.
Алисия охотно согласилась с таким объяснением и предложила:
— Тогда подкрась реснички, а я уложу твои волосы, они немного растрепались.
А сама подумала, хорошо, что Триша защищает Олифа. Так и должна поступать жена. И если Аластар не хочет, то она сама поговорит с сыном. Девочки должны помогать друг другу.
Обсуждение помолвки прошло с взаимным удовольствием. Отцы были единомышленниками, матери тоже хорошо знали друг друга. Объединенные обшей целью — устроить счастье детей, они теперь точно все подружатся.
Триша с сияющими глазами сидела рядом с Олифом, целомудренно державшим ее за руку, и ее сердце громко билось от счастья.
А Олиф радовался, что сегодня вовремя остановился, и его девочка плакала не от страха, а от переполнявших ее эмоций. До свадьбы он еще немного подучится, и они обязательно будут счастливыми.
Поздно вечером Алисия постучалась в комнату сына и дождавшись разрешения, вошла. Олиф лежал на кровати в одних джинсах и мечтательно улыбался. Тело еще помнило прикосновения Триши и ее несмелые, но такие восхитительные поцелуи. Его девочка быстро учится. Скоро она забудет все страхи, и сама начнет стремиться к полной близости. Но это произойдет только в первую брачную ночь, он обещает себе.
— Сынок, можно поговорить с тобой о Трише?
— Конечно, мамуля, я тебя слушаю.
Женщина присела на краешек кровати и начала непростой разговор.
— Понимаешь, ты уже взрослый мужчина, и у тебя свои потребности, а у Триши их еще нет, и она может страдать от твоей настойчивости.
Она тщательно подбирала слова, пытаясь побороть смущение. Ей было бы неловко говорить об этом с дочерью, а она решилась обсудить такую деликатную тему с сыном. Но Алисия хорошо помнила свои мучения в первый год замужества. И особенно ее разочаровала брачная ночь, оказавшаяся такой нерадостной.
— Ей надо привыкнуть к интимной жизни, чтобы появилось такое же желание, как у тебя. Пожалуйста, будь с ней терпеливым, не скупись на ласковые слова и поцелуи. Вначале близость не доставляет женщине особого удовольствия. А в первый раз это еще неприятно и больно, пусть даже Триша и постаралась не показать тебе этого.
Олиф погладил руку матери, а затем поцеловал ее, чем немало удивил Алисию. Ее сын с семи лет избегал поцелуев, считая их «телячьими нежностями».
— Мама, надеюсь, ты не слишком долго привыкала к отцу? — тихо спросил он и внимательно посмотрев на мать, добавил: — Или до сих пор… терпишь?
— Нет, нет, у нас с папой все хорошо, — поспешно ответила Алисия, смутившись от прямого вопроса своего взрослого сына. — Но вначале у всех такие проблемы, к сожалению.
