Мой друг Самед Вургун, БакуПокинув, прибыл в Лондон.Бывает так — большевикуВдруг надо съездить к лордам,Увидеть двухпалатнуюБританскую системуИ выслушать бесплатно тамСто пять речей на темуО том, как в тысяча… бог память дай, в каком…Здесь голову у короля срубили.О том, как триста лет потомВсё о свободе принимали биллиИ стали до того свободными,Какими видим их сегодня мы,Свободными до умиленияИ их самих, и населения.Мы это ровно месяц слушали,Три раза в день в антрактах кушалиИ терпеливо — делать нечего —Вновь слушали с утра до вечера.Так в край чужой как попадешьС парламентским визитом,С улыбкой вежливую ложьВ свои мозги грузи там.Когда же нехватило намТерпения двужильного,Самеду на обеде тамВзять слово предложили мы:— Скажи им пару слов, Самед,Испорти им, чертям, обед!Волненье среди публики,Скандал! Но как признаться-то?— Сэр от какой республики?— А сэр от всех шестнадцати.— От всех от вас,От имени?..— От всех от нас,Вот именно!И вот поднялся сын БакуНад хрусталем и фраками,Над синими во всю щекуПодагр фамильных знаками,Над лордами, над гордымиИ Киплингом воспетыми,В воротнички продетымиСтареющими мордами,Над старыми бутылками,Над красными затылками,Над белыми загривкамиПолковников из Индии.Не слыша слов обрывки их,Самих почти не видя их,Поднялся он и напроломСказал над замершим столом:— Я представляю, сэры, здесьСоветскую державу.Моя страна имеет честьВходить в нее по правуСоюза истинных друзей,Пожатья рук рабочих.(Переведите поточнейИм, мистер переводчик.)И хоть лежит моя странаНад нефтью благодатною,Из всех таких на мир однаОна не подмандатная,Вам под ноги не брошенная,В ваш Сити не заложенная,Из Дувра пароходамиДотла не разворованная,Индийскими свободамиВ насмешку не дарованная,Страна, действительно, мояДавно вам бесполезная,По долгу вежливости яВ чем вам и соболезную.Так говорил Самед, мой друг,А я смотрел на лица их:Сначала был на них испуг,Безмолвный вопль: «В полицию!»Потом они пошли густымРумянцем, вздувшим жилы,Как будто этой речью к нимГорчичник приложило.Им бы не слушать этот спич,Им палец бы к курку!Им свой индийский взвить бы бичНад этим — из Баку!Плясать бы на его спине,Хрустеть его костями,А не сидеть здесь наравнеСо мной и с ним, с гостями,Сидеть и слушать его речьВ бессилье идиотском,Сидеть и знать: уже не сжечь,В петле не сжать, живьем не съесть,Не расстрелять, как Двадцать шестьВ песках за Красноводском…Стоит мой друг над стаей волчьей,Союзом братских рук храним,Не слыша, как сам Сталин молчаВо время речи встал за ним.Встал, и стоит, и улыбается —Речь, очевидно, ему нравится.
![Память [Новеллы]](/_next/image?url=https%3A%2F%2Fimg.chitka.online%2Feboox-media%2Fcovers%2Fcdbd18e1293669bd585a0b8ab726b2e8.jpg&w=828&q=75)
