Несмотря на неприметную внешность, девушка Стивену понравилась. В ней ощущались простота и добросердечие.
— Желаю вам удачи в новом году, — сказал он и пошел дальше.
Какое-то время спустя Стивен из окна дома Чарльза О’Коннелла увидел, как та самая девушка вместе со всей семьей идет по улице. Крупный мужчина, явно ее отец, показался ему смутно знакомым. Возможно. Стивен не был уверен наверняка, но у него была отличная память на лица. И он вспомнил этого мужчину, решительно шагавшего к кабине для голосования в тот славный день много лет назад, когда отец Мёрфи разжигал толпу. Сёстры девушки выглядели вполне симпатично. Но одна в особенности привлекла его внимание. Необыкновенно хорошенькое существо. Стивен уставился на нее. Было воистину странно, что у такой простенькой девушки могла быть такая красивая сестра.
В Рождество, днем, Чарльз О’Коннелл заявил:
— Прежде чем мы сядем ужинать, Стивен, я должен появиться в работном доме. Не хотите составить мне компанию и посмотреть, что это за место?
Работный дом. Само это название пугало. Чисто английское изобретение. Вы могли прийти сюда как в последнее убежище, если не имели работы и находились в крайней нужде. Управлялся работный дом опекунским советом, состоявшим в основном из местных джентльменов. Отвратительного вида здание к северу от Старого города, но О’Коннелл как будто гордился им.
— Дом новый, — пояснил он, — и, в отличие от многих ему подобных, чистый.
Они прошли через высокие кирпичные ворота в просторный двор. Строения, расположенные по обе стороны двора, походили скорее на казармы или тюрьму.
Возможно, из-за того, что день был пасмурным, Стивену это место показалось невероятно мрачным: мрачные двери и мрачные окна, мрачный кирпич, мрачная известь… и надо всем этим — крыша из темного сланца, уныло поднимавшаяся к унылому небу.
— Этот дом организован по самому строгому английскому образцу, — принялся объяснять Чарльз. — Мужчины, женщины и дети живут раздельно. Мужей с женами, матерей с детьми разделяют сразу, как только они здесь появляются, и отправляют в разные жилые блоки. Ну а пропитания они получают лишь столько, чтобы выжить, не более.
— Но это жестоко. Не понимаю, почему они не уходят отсюда.
— В том-то и суть. Опекуны распорядились, чтобы людей здесь содержали как можно скромнее. Иначе, надеясь получить бесплатную еду и ночлег, сюда явилась бы половина населения Энниса, и их было бы не выгнать. Ну, так они думают. — Чарльз вздохнул. — Пожалуй, они не слишком ошибаются.
Но раз в год, на Рождество, правила работного дома смягчались, и все его обитатели собирались вместе на праздничный ужин.
Зал был огромным. Большинство составляли мужчины, женщин было гораздо меньше, а детей и вовсе единицы, но всего здесь собралось несколько сот человек. Выглядели люди оборванцами, но чистыми. Все сидели за длинными голыми столами, представлявшими собой просто доски, положенные на деревянные козлы. Пока Стивен все это рассматривал, появились пастор и священник. Управляющий сказал несколько слов о Рождестве и велел поаплодировать в честь королевы, что и было исполнено. Потом подали еду — мясо, картошку и капусту. Видимо, это было утешающим доказательством того, что пока запасов в Эннисе более чем достаточно даже для самых бедных.
В начале нового года литературный труд был завершен и Стивен вернулся в Дублин. Его пребывание в Эннисе оказалось полезным, — по крайней мере, перемена обстановки помогла ему отвлечься от расставания с Каролиной. Но покоя его уму это не принесло. Если не наоборот. Жизнь Стивена как будто потеряла смысл, хотя прежде ему казалось, что он есть. Молодой человек просто не знал, что делать.
Стивен был весьма удивлен, когда в марте получил письмо от мистера Нокса. Похоже, этот неутомимый джентльмен, однажды включив вас в свой список, не собирался вас оттуда вычеркивать. Но, по правде говоря, хотя дела в Дублине не оставляли Стивену свободного времени, воспоминания о том, что он видел в Эннисе, посещали его нередко. Внимательно читая письмо, он сразу отчетливо понял, почему владелец газеты написал ему. А поскольку он как раз в тот день встречался с лордом Маунтуолшем, то прихватил письмо с собой.
Большой дом на Сент-Стивенс-Грин всегда был приветливым местом, и в этот раз собралась лишь небольшая компания, включавшая самого Стивена и Дадли Дойла, который стал относиться к Стивену гораздо лучше, с тех пор как его дочь благополучно вышла замуж за другого.
Уильяма Маунтуолша как будто слегка позабавило сообщение Стивена, что он получил письмо от мистера Нокса.
— Так вы с ним знакомы? — спросил Стивен.
— Мы все знаем мистера Нокса, — с улыбкой ответил граф. — Но расскажите же, что он пишет?
Тогда Стивен просто прочел им письмо.
