Земля очень далеко внизу. Конечно, Руван двигается довольно уверенно, но снег и лед вокруг никуда не делись, и трудно избавиться от мыслей, что я, возможно, всего в одной секунде от падения.
– Могу отпустить.
– Не смей! – Я бросаю на него свирепый взгляд.
Руван только ухмыляется, но по-прежнему смотрит вперед. Когда мы проходим уже полпути, его лицо внезапно становится серьезным.
– Хочу извиниться, что в первый раз тебе пришлось идти здесь самой.
– Ты же думал, что я охотник.
– Неважно. В любом случае для человека перебираться здесь слишком рискованно.
– Это точно, но я справилась. Все хорошо, что хорошо кончается.
– Все хорошо, что хорошо кончается, – повторяет он. – Мне нравится это выражение.
– Неужели раньше не слышал? – удивляюсь я. Руван качает головой. – Им часто пользуются.
– Возможно, в вашем мире.
– Интересно, сколько мы еще не знаем о мирах друг друга.
– Думаю, еще множество всякого интересного и занимательного, – едва заметно улыбается он.
Мы добираемся до конца пути, где нас ждут Уинни и Кэллос, и разговор приходится прервать. Руван осторожно опускает меня на пол. Войдя внутрь, мы вновь проходим по комнатам и коридорам в тот самый зал, куда Руван перенес меня в ночь кровавой луны, когда я только появилась в замке. Меч, с которым я нападала на повелителя вампиров, все еще лежит на полу, и при виде его мне не удается сдержать улыбку.
– Мы двинемся вперед и все разведаем. Если там есть поддавшиеся, они нас заметят, – сообщает Уинни, направляясь в дальний конец комнаты, где сложен небольшой круг из камней, которого я прежде не замечала. Встав в центр, она исчезает в облаке дыма.
– Это и есть единственный вход в замок? – уточняю я.
– Да, – кивает Руван, когда Кэллос направляется к камням. – Готова? – Он протягивает мне руку.
– Готова. – Я сжимаю его пальцы, и повелитель вампиров подводит меня к кругу.
Через мгновение я вдыхаю тень и мрак, мысленно готовясь к тому, что ждет меня в этом таинственном «музее».
И вот я в городе, сотканном из камня и льда. Все подоконники и дверные рамы затянуты инеем, в балконы твердой хваткой вцепились древние сталагмиты, угрожающе выставив свои заостренные кончики. Городские здания, которые я видела из окон замка, на деле гораздо массивнее, чем представлялось. Все высотой в несколько этажей, они возвышаются надо мной подобно башням. А я-то всю жизнь считала, что четырехэтажная крепость в Охотничьей деревне – самое высокое здание, которое только можно построить.
Я кручусь на месте, рассматривая город. Вокруг царит тишина. Лишь снежинки танцуют в лучах солнечного света, садятся мне на ресницы, кружат в облачках пара, которые при дыхании вылетают у меня изо рта.
– Добро пожаловать в Темпост, колыбель вампиров. – Руван отпускает мою руку.
– Это…
Я обвожу взглядом сверкающие шпили, блестящую на солнце брусчатку, металлические конструкции, спускающиеся по стенам зданий… от подобной красоты захватывает дух.
– Сейчас здесь далеко не так, как раньше…
Я снова обретаю дар речи.
– Потрясающе!
Удивленное молчание Рувана сменяется легкой улыбкой. За пределами замка он выглядит почти расслабленным и даже держится чуть более прямо.
– Рад, что тебе нравится.
– На что он был похож до долгой ночи?
Выражение лица Рувана смягчается, он всматривается куда-то вдаль, на тихие улицы.
– По правде говоря, я и сам не знаю.
– Не знаешь? – Я оглядываюсь через плечо, чтобы проверить, нет ли рядом Уинни и Кэллоса, и легонько касаюсь его локтя.
– Нет. Я родился уже после того, как наложили проклятие, и даже в детские годы видел лишь тень былой славы Темпоста. Жители уже становились поддавшимися и убивали друг друга ради выживания. Однако во времена расцвета это был великолепный город. – Его слова насквозь пропитаны тоской по тому, чего он никогда даже не знал. – Старейшие вампиры рассказывали, что в течение месяца город жил спокойной жизнью, но во время праздников полнолуния улицы заполнялись представителями всех народов. Они…
– Вроде все чисто. – Из-за большого соседнего здания выскакивает Уинни, невольно прерывая задумчивые слова Рувана; Кэллос идет за ней следом.
Я быстро опускаю руку, надеясь, что они ничего не заметили.
– Хорошо. – Руван проводит ладонью по пуговицам камзола.
Никогда прежде меня не очаровывали железные пуговицы, однако зрелище того, как они скользят под длинными изящными пальцами повелителя вампиров, а после вновь обретают свободу, завораживает. И я с трудом сдерживаюсь, чтобы не облизать губы. Мне вдруг хочется медленно провести языком по кончикам зубов и почувствовать, есть ли у меня… клыки?
Очевидно, я спятила, если думаю о подобном.
Я поспешно отворачиваюсь, стараясь сосредоточиться на архитектуре зданий, планировке улиц… на чем угодно, лишь бы не думать о нем.
– Ты готова? – Тон Кэллоса наводит на мысли, что он задает вопрос уже не в первый раз.
– Да, конечно. – Я кладу руку на серп, и мы направляемся к огромному строению впереди.
