– Наверняка. Некогда Срединный Мир и Природные Земли составляли единый мир живых существ. Еще до появления людей большую его часть населяли эльфы, фейри, вампиры, русалки, ликины и кто еще знает, какие волшебные существа. Известно, что в древние времена в этих землях, к примеру, встречались дриады и драконы, сейчас же они давно канули в небытие. – Обойдя стол, Руван указывает на высокое здание на макете. Именно на него Куин смотрел из окна кузницы. – Это академия. А вот музей. Замок на горе ты, думаю, узнала. Однако мое любимое место во всем городе – звездная башня, построенная вон на том хребте. Еще до моего рождения ее захватили поддавшиеся, но я видел изображения в книгах и слышал истории о стеклянных дисках, с помощью которых можно увидеть все звезды как на ладони, чтобы от взора не ускользнула ни одна крупица будущего.
Руван продолжает экскурсию, указывая на то, о чем говорит. Я следую за ним по музею, жадно впитывая подробности вампирской истории. Постепенно я узнаю все больше важных деталей. К примеру, о причинах разделения территории между ликинами и вампирами. Лесным жителям не понравились исследования вампиров, связанные с лориями крови. Ликины считали, что, если им так нужна кровь, следует брать ее только у животных. Однако вампирам, чтобы по-настоящему обрести силу, требовалась кровь, обогащенная опытом. Именно после появления лорий крови построили половину этого города. Обретшие скорость и силу вампиры в два раза быстрее возводили здания, и те получались вдвое прочнее.
Рассказы Рувана частично касаются и моего мира. Выясняется, что территория Охотничьей деревни некогда принадлежала вампирам, а крепость, которую охотники превратили в свой дом, на самом деле являлась дальним юго-западным рубежом замка. Именно поэтому стена тянется до самого моря, проходит через Грань и упирается в замок, частью которого она когда-то была.
Само собой, у меня куча вопросов. В деревне всегда утверждали, что крепость и стены возвел первый охотник. Однако я не спорю с Руваном. Не хочу, чтобы он прекратил говорить. У него такой восхитительный голос.
Более того, меня по-настоящему увлекают его истории. В последний раз подобный интерес я проявляла, когда мама демонстрировала мне, как создавать стальное серебро. Но если к тому моменту о выплавке металлов я знала уже довольно много, то все, о чем повествует сейчас Руван, для меня в новинку, и я желаю узнать как можно больше. Я распахнула свои объятия повелителю вампиров и теперь хочу также попытаться принять правду о наших мирах, в чем бы она ни заключалась.
Мы доходим до конца коридора, который разветвляется в обе стороны, и я протягиваю руку направо.
– Куда ведет этот путь?
– Этот путь… – Руван секунду мешкает, – вроде бы в зал с древними доспехами.
Я резко вдыхаю. Старые доспехи вампиров! Я должна их увидеть.
– Хочешь взглянуть? – правильно понимает он и с теплой улыбкой подает мне ладонь. Сердце пропускает удар.
– Я думала, ты никогда не предложишь! – Я хватаю его за руку и тащу по коридору.
Руван вдруг заливается мелодичным смехом, странно гармонирующим с сияющим золотом его глаз и совершенными платиновыми волосами.
– Ты хоть знаешь, куда идти?
– Нет, но по пути рассмотрю все, что смогу!
– Я выпустил на волю монстра. – И пока я таскаю его за собой из комнаты в комнату, смех Рувана не утихает.
– Вовсе нет, – возражаю я.
– Что – нет?
Оглянувшись через плечо, я дарю Рувану легкую улыбку, в то же время любуясь его прекрасным лицом. Ощущая тепло руки, сжимающей мою ладонь.
– Мы никогда не были монстрами.
Постепенно мы с Руваном осматриваем весь музей до последнего уголка и когда в конце концов вылезаем на крышу, где разбит сад скульптур, походящий на зимнюю страну чудес, солнце уже начинает клониться к горизонту, а у меня в животе урчит от голода. Вокруг молчаливо высятся статуи, взирающие на нас пустыми глазами сквозь толстый слой посиневшего от времени льда.
Пройдя вперед, Руван прислоняется к ограждению, давая мне время и свободу спокойно все изучить. Закончив, я присоединяюсь к нему.
– Кажется, тебе понравилось, – улыбается он, но эта улыбка не касается глаз.
– Раньше я никогда не бывала в подобных местах и даже не знала, что они существуют, – признаюсь я, ожидая, что он рассмеется в ответ. Однако Руван бросает на меня недоуменный взгляд, явно нуждаясь в пояснениях. – В Охотничьей деревне нет ничего подобного. Несмотря на то, что это полноценное, вполне себе практичное поселение, у нас нет ни музеев, ни академий, ни концертных залов, ни… как ты его назвал? То место, давным-давно бывшее в Темпосте, где в клетках держали необычных зверей разных видов?
– Зоопарк?
– Точно. Так вот, в деревне нет зоопарка. – Тихо рассмеявшись, я облокачиваюсь на ограждение. Морозный камень обжигает холодом, но, как ни странно, это довольно приятно. Благодаря холоду и свежему воздуху в голове полностью проясняется. Давно я не чувствовала ничего подобного. – Будь у нас много разных животных, мы, вероятнее всего, их попросту съели бы.
