– Получилось? – шепчу я. Вероятнее всего, но я все же не эксперт в магии, так что лучше лишний раз удостовериться. Пусть кто-нибудь озвучит, что с Руваном все хорошо.
– Получилось, – подтверждает Кэллос. – Покров прочный, нужного цвета, магия вокруг него сильна. – На его губах мелькает легкая улыбка. – Вы только посмотрите на него.
Я тут же смотрю на Рувана. Он выглядит точно так же, как и до проклятия. Нет, даже лучше.
– Если мы разбудим его…
– Проклятие вернется с полной силой, – заканчивает за меня Кэллос, понимая, о чем я хотела спросить. – Этот стазис сохраняет изначальный облик заключенных в него существ, показывая, какими они должны быть. Как и зеркало, этот кристалл – окно, сквозь которое видно истинную природу мужчины или женщины, в нем нет места болезням или проклятиям. Однако он вовсе не отражает истинное физическое или магическое состояние существа, лишь демонстрирует, что у него в душе.
Взгляд в душу. При этих словах у меня сжимается сердце. Сейчас Руван выглядит как никогда прекрасным. Трудно сказать, изменился ли он. Возможно, я просто испытываю облегчение при виде его привычной бледной кожи, волос цвета инея и расслабленных черт лица.
Сейчас он кажется в высшей степени умиротворенным. Как бы мне хотелось навсегда сохранить эту его безмятежность, подарить ему мир, в котором он сможет оставаться собой и где я смогу узнать его таким, каким он должен быть.
Я скольжу пальцами по гладкому барьеру.
Пусть сейчас я думаю лишь об его благе, у меня самой схожие пожелания. Да, я хочу защитить родных, брата, Охотничью деревню и помочь своим друзьям по эту сторону Грани. Но все это потребности других.
Сама же я желаю только одного – разделить жизнь с Руваном.
Вероятно, его подданные считают, что мне не место рядом с ним. Они уже не раз озвучивали подобные мысли. Но если я смогу доказать, что они ошибаются, и привлечь их на свою сторону, тогда, возможно, при желании получится завоевать доверие и остальных вампиров. Если я вообще задамся такой целью. Впрочем, меня никогда особо не волновало, что обо мне думают другие – даже когда моей жизнью распоряжались деревенские старейшины. Я просто крепче сжимала молоток и двигалась вперед.
Глядя в его совершенное лицо, стискиваю руки в кулаки. Не знаю, что за будущее уготовила нам судьба, но обязательно выясню. И никакое проклятие меня не остановит.
– Пора браться за дело, – объявляю я.
– За дело? – склоняет набок голову Уинни. – И что нам делать?
– Все, как мы и планировали. Снять проклятие.
– Существуют правила, – неуверенно начинает Куин. – У вампиров всегда должен быть повелитель, чтобы руководить ими и защищать подданных. Без них нам не положено что-то предпринимать.
– Вот наш повелитель, – киваю я на Рувана.
Куин складывает руки за спиной.
– Сомневаюсь, что подобное разрешено правилами, установленными перед долгой ночью советом повелителей.
– Куин, ты и впрямь думаешь, будто меня волнуют слова совета трехтысячелетней давности? – Я растягиваю губы в улыбке.
– Для нас этот совет проходил всего лишь год назад, – вмешивается Вентос.
– Понимаю. И тем не менее нужно реально смотреть на ситуацию. – Я выпрямляюсь, стараясь держаться с присущей Рувану уверенностью. Поскольку во мне живет часть его сущности и магия, я должна справиться. Получилось же, когда здесь был Дрю. – Пусть вам всем кажется, что прошло совсем немного времени, однако это не так. Те мужчины и женщины давным-давно умерли. Вы можете чтить их память, но не нужно упорно цепляться за прошлое, самим себе мешая двигаться вперед.
– Но если не будет повелителя, как мы узнаем, что делать? – Лавенция скрещивает руки на груди.
– Все вы умные и способные и при Руване действовали вполне самостоятельно. Он никогда не контролировал каждый ваш шаг, и вы отлично справлялись. Чтобы знать, как правильно поступить, вам вовсе не нужен повелитель.
– Следующий проснувшийся лидер будет этим недоволен. Возможно, даже накажет нас, – бормочет Куин.
– И что он сделает? Убьет нас? Тоже мне угроза! Мы и так уже умираем, – мрачно замечает Кэллос. Удивительно, что именно он обращает внимание на эту истину. Впрочем, Кэллос всегда отличался прагматизмом и ясно видел окружающую реальность. – Если у нас есть шанс снять проклятие, мы обязаны попробовать. На то, чтобы привести в себя другого повелителя и объяснить ему наши планы, потребуется не одна неделя.
Кивнув Кэллосу, я поворачиваюсь к Куину.
– Другой лидер вряд ли проявит дружелюбие по отношению ко мне.
– Ты не знаешь…
– Ты прав, не знаю, – перебиваю я. – Но задумайся над этим. В лучшем случае меня отправят обратно в Природные Земли, в худшем – попросту убьют. И тогда Руван тоже погибнет. Ведь меня не будет рядом, чтобы подпитывать магией барьер, который удерживает его в стазисе.
Даже сейчас я чувствую, как постепенно иссякает моя энергия. Куин ничего не говорит. Кэллос тоже не спешит возразить. И я, пользуясь их молчанием, продолжаю давить.
