Дуэль с лордом вампиров полностью

«Поколения…» Перед мысленным взором встают сотни спящих в академии вампиров, окутанных неестественным красноватым светом – такого же оттенка, как кинжал, кровавая луна и все прочее, ассоциирующееся в моем понятии с вампирской магией. И в голову приходит единственная идея, впрочем, настолько маловероятная, что я надеюсь: кто-нибудь предложит другой вариант.

– А если усыпить его? – шепчу я.

– Усыпить? – повторяет Куин.

– Ты же не думаешь… – потрясенная Лавенция с ходу отбрасывает эту мысль.

Однако я поворачиваюсь к Кэллосу.

– Стазис замедляет действие проклятия. Поможет ли он сейчас?

– Конечно не поможет, – как всегда, первым возражает Вентос. Вечный пессимист. – Когда началась долгая ночь, лидеры провели над нами сложный ритуал. И чтобы запечатать себя в коконы, нам пришлось использовать собственную магию, заключенную в нашей крови. Такое нельзя проделать за кого-то другого.

– Ритуал был сложным, потому что в сон погружали сразу огромное количество вампиров. Нам же нужно только одного. Вместе у нас хватит сил, – настаиваю я. – А его кровная магия… я заменю ее своей. В конце концов, я ведь его кровница, и наши жизни связаны. Я стану действовать от его имени.

– Это сработает? – спрашивает Уинни у Кэллоса.

Он задумчиво поглаживает подбородок.

– Мы же не великие ученые, некогда жившие в академии и учившиеся у первых учеников Джонтана, – ворчит Вентос.

– Говори за себя. – Обернувшись через плечо, Кэллос бросает на своего соратника выразительный взгляд. – Именно поэтому меня решили разбудить так поздно. Ученые из академии знали, что защита нашего народа постепенно начнет ослабевать, и поручили мне проверять состояние спящих и при необходимости укреплять их куколки. О ритуале я знаю все от начала до конца.

– Думаешь, у нас получится? – Я стараюсь не слишком поддаваться надежде.

Кэллос поворачивается ко мне. Даже проработав с ним в кузнице несколько недель, я ни разу не видела подобного пламени в его глазах. Сейчас у него вид мужчины, который принимает вызов. И готов справиться с проблемой.

– Стоит попробовать. Однако нужно действовать очень быстро. – Взяв инициативу на себя, Кэллос начинает командовать. – Лавенция, наполни водой серебряный кубок. Уинни, Куин, соберите в золотую чашу кровь. Как только закончите, Уинни, сходи в мою комнату и принеси алый покров, над которым я работаю. Вентос, сотри с него как можно больше эликсира. Не хватало еще, чтобы он ослабил действие ритуала.

– Алый покров? Ты заранее к этому готовился? – Похоже, Уинни видит Кэллоса насквозь. Неудивительно. В конце концов, она ведь знает его лучше, чем мы.

– Скажем так: люди и вампиры мыслят довольно схожим образом. А она так же находчива, как и наши предки. – Кэллос почтительно кивает в мою сторону. Я отвечаю тем же. – Я не сомневался, что рано или поздно кого-нибудь из нас настигнет проклятие. И решил, что попробовать не помешает.

«Все равно нам больше нечего терять», – почти слышу я его незаконченную мысль и поворачиваюсь к Рувану. Он уже едва дышит и ничуть не походит на мужчину, которого я знала и… Нет, лучше сосредоточиться на настоящем.

Мы действуем слаженно, как солдаты, целители или просто отчаявшиеся мужчины и женщины.

Все в точности исполняют приказы Кэллоса. Я тоже беспрекословно подчиняюсь, однако действую механически, даже не осознавая, что именно делаю. Мысли витают где-то далеко – там, где находится сейчас Руван.

Соединяющая нас связь… почти не ощущается. Она застыла в тот момент, когда Руван потерял сознание.

Вентос старательно стирает с тела повелителя эликсир из старого замка. Уинни до самого подбородка окутывает его покровом, на котором виднеется знакомый символ, уже не раз виденный мной в этом мире. Такой же вырезан на серебряной двери в глубине старого замка.

– Что это за символ? – интересуюсь у Уинни, пока остальные продолжают готовиться.

– Знак Солоса.

Я указываю на книгу, которую держит статуя, – может, и правда, один из первых томов, посвященных лориям крови.

– А здесь другая отметка.

– Это символ лорий крови.

«Знак Лоретты», – думаю я, однако вслух я ничего не говорю. Сейчас нужно сосредоточиться на Руване.

– Все готовы? – уточняет Кэллос, вырывая меня из мыслей.

– Что нужно сделать?

– То же, что ты уже делала. И в точности как я сказал. – Кэллос поднимает над Руваном серебряный кубок. – Кровь древних королей, чистая, как лунный свет, нам нужна сила и стойкость. – Наклонив кубок, он выливает воду на Рувана.

Та шипит, пузырится и испаряется, словно в нее сунули раскаленный металл. Я бросаюсь вперед.

– Стой! – удерживает меня Вентос.

– Но ему же больно. – Кожа Рувана обугливается в некоторых местах. От покрова валит пар.

– Она очищает, – объясняет Вентос с нотками сочувствия в голосе, зная, что я не видела, как их всех погружали в сон тысячелетия назад. Может, когда в куколку заключали его кровницу, он вел себя почти как я? – Если Руван не умрет сейчас, то сможет выдержать и остальной ритуал.