– Вы отвлекали их достаточно долго, так что нам удалось ускользнуть. Рад, что охотница справилась, иначе нам бы сейчас не поздоровилось. – Вентос с неподдельным уважением кивает в мою сторону.
– Кстати, об этом… – начинаю я и тут же теряюсь под устремленными на меня взглядами. Вообще-то я не обязана ничего рассказывать. Если Руван захочет, то сам введет их в курс дела. И все же… я чувствую потребность признаться. Нам и дальше придется сотрудничать. Мы уже слишком далеко зашли, и они по-прежнему меня защищают. К тому же эти вампы – совсем не такие, как я ожидала. Я обязана рассказать им правду. В конце концов, теперь нас связывают узы крови и пережитого опыта. – Я вовсе не охотница.
– Ха! Так я и знала! – Лавенция показывает Уинни язык. Та, надувшись, скрещивает руки на груди.
– Уинни, радуйся, что она нам солгала. Ведь это значит, что на самом деле мы сотрудничали не с охотником. – Вентос качает головой, как разочарованный отец.
Возможно, все дело в том, что мы вместе пережили в старом замке или же я просто посмотрела на вампов другими глазами, но теперь они представляются мне совсем иными. Более душевными.
– Дай мне хоть минутку поворчать. Сегодня выдался долгий день, и у меня масса причин для недовольства, – невозмутимо заявляет Уинни.
Руван не сводит с меня любопытного взгляда. Постепенно я все яснее улавливаю едва заметные изменения в его магии. И лучше начинаю его понимать.
– Охотник мой брат. Именно он научил меня сражаться, хотя не имел на это права. А я в Охотничьей деревне была кузнецом.
– Неудивительно, что ты так естественно смотрелась в кузнице, – замечает Уинни, переставая дуться.
– Вы находите забавным, что человек вас обманул, милорд? – сухо интересуется Вентос.
– Раз уж так вышло, я рад, что этим человеком оказалась Флориана, – с теплотой произносит Руван.
– Флориана? – повторяет Лавенция. – Твое настоящее имя?
– Да, полное имя. Но если хотите, можете по-прежнему звать меня Рианой, я не возражаю. – Так меня раньше никто не называл, и мне кажется уместным дать им такое разрешение. По эту сторону Грани я ощущаю себя другим человеком.
– Рада познакомиться, Флориана, – кивает она.
– Хорошо знать настоящее имя женщины, с которой я сотрудничаю. Хотя, возможно, я порой и буду называть тебя Рианой, – протягивает мне руку Уинни.
Я раздумываю пару мгновений, а потом крепко ее пожимаю.
– Риана меня устроит.
– Давайте все же найдем источник и положим конец долгой ночи. – Руван вглядывается вглубь комнаты.
– Я все гадал, как в древние времена человек мог пробраться на нашу территорию прямо у нас под носом и наложить это проклятие. Возможно, теперь я понимаю как. – Вентос косится на меня.
Я вздыхаю. При чем здесь тот человек и я? Может, Вентос не понимает, что люди не живут так долго, как вампы. Хотя, а сколько вообще живут вампы? Понятия не имею. Охотники называют их вечными, но это явно не так.
Я бросаю взгляд на Рувана. Его прежние слова наводят на мысль о том, что их существование может быть таким же коротким, как и наше. Он ведь говорил, что в минувшие века правили другие повелители вампов и, по всей видимости, их было множество. Совсем не похоже на рассказы охотников об одном-единственном повелителе, преследующем нас на протяжении тысячелетий.
Оставив эти мысли и вопросы на потом, я осматриваю комнату. Лавенция зажигает несколько светильников, и забытая всеми мастерская заливается бледным оранжевым светом.
Все вокруг покрыто пылью: столы, серебряные сосуды, стеклянные банки с плавающими в них различными сомнительными субстанциями и предметами. После нашего прихода воздух внутри уже немного устоялся. Вампы разбредаются по комнате, изучая все, что здесь есть, и стараясь ни к чему не прикасаться. Знают ли они, как вообще выглядит источник проклятия? Как бы то ни было, я оставляю поиск им, а сама вновь вспоминаю сон, размышляя, для чего могла использоваться эта комната. Она явно очень давно пустовала. В моем сне все здесь сверкало как новое.
Нет, я точно видела не будущее. Может, прошлое? А такое вообще возможно? Руван упоминал, что для магии вампам нужна добровольно отданная кровь. Неужели я видела его прошлое? Ведь он один делился со мной кровью, а в ней отражается пережитый опыт… нет, вряд ли это правда. Я пытаюсь получше вспомнить женщину из сна, но только зарабатываю головную боль.
Я подхожу к одному из столов, где на подставках расставлено множество флаконов с прикрепленными к ним записками. Возможно, вампы против, чтобы я сюда совалась, но мне трудно сдержать любопытство. К тому же по пути сюда я вместе со всеми сражалась и проливала кровь и теперь имею право узнать, ради чего все это было.
Впрочем, никто и не пытается меня остановить.
Вампы рассматривают оставленные заметки. А я вдруг замечаю рядом с пером металлический диск, покрытый паутиной и пылью. Поднимаю его и верчу в руках. Судя по всему, он сделан из того же материала, что и дверь. Это явно не чистое серебро. Слишком уж теплое на ощупь. И блеск потускнел. Прежде я с таким не сталкивалась.
