О. Серафим стоял на коленях, воздев руки к небу и произнес: «вот Преславная, Пречистая Владычица наша Пресвятая Богородица грядет к нам!» Впереди шли два ангела с золотистыми волосами, держа по ветви, усаженной только что расцветшими цветами. Они стали впереди. За ними шли: св. Иоанн Предтеча, и св. Иоанн Богослов, в белой, блистающей от чистоты одежде. За ними шла Богоматерь и двенадцать дев. Царица небесная имела на Себе мантию, как пишется на образе Скорбящей Божией Матери, несказанной красоты, застегнутую камнем, выложенным крестами; поручи Ее на руках, и епитрахиль, наложенная сверх платья и мантии, были тоже убраны крестами. Она казалась выше всех дев; на голове Ее сияла в крестах корона – и глаз не выносил света, озарявшего лик Богоматери. Девы шли за Нею попарно, в венцах, и были разного вида, но все великой красоты. Келья сделалась просторнее, и ее верх исполнился огней, как бы горящих свеч. Выло яснее полудня, сияние больше дневного луча, светлее и белее солнца.
Когда инокиня пришла в себя, о. Серафим стоял уже не на коленях, а на ногах пред пресвятою Богородицею, и Она говорила с ним. Девы сказали инокине свои имена и страдания за Христа.
Из беседы Пречистой Владычицы с о. Серафимом инокиня слышала: «не оставь дев Моих (дивеевских)!» О. Серафим отвечал: «о, Владычице! я собираю их, но сам собою не могу их управлять». Царица небесная отвечала: «Я тебе во всем помогу. Кто обидит их, тот поражен будет от Меня; кто послужит им ради Господа, тот помяновен будет пред Богом». Потом Она сказала инокине: «эти девы мои возлюбили единого Господа; иные оставили земное царство и богатство, и за то видишь, какой славы сподобились. Как было прежде, так и ныне. Только прежние мученицы страдали явно, а нынешние тайно, сердечными скорбями, и мзда будет такая же». Благословляя о. Серафима, Пресвятая Богородица сказала: «скоро будешь с нами!» Св. Предтеча и Богослов благословили его, а девы целовались с ним рука в руку. – В одно мгновение все стало невидимо.
Это было двенадцатое явление старцу Серафиму от Господа Бога.
Старцу было 72 года. Телесное изнеможение все усиливалось; старец реже мог ходить в пустынную келью, и многие подолгу проживали в монастырской гостинице, чтобы видеться и насладиться благоуханием его последних бесед.
Говоря о пустыньке с одною дивеевскою старицею, о. Серафим пришел от представлений чаемого блаженства в восторг; он встал на ноги и с воздетыми руками смотрел в небо и говорил: «какая радость, какой восторг объемлют душу праведника, когда ее сретают ангелы и представляют пред лице Божие!»
Одному подвижнику он сказал: «сей, о. Тимон, сей, всюду сей данную тебе пшеницу. Сей на благой земле, сей и на песке, сей на камени, сей при пути, сей и в тернии: все где-нибудь да прозябнет и возрастет и плод принесет, хотя и не скоро».
О. Серафим уже приготовлялся окончательно к смерти. Нередко он, сидя в сенях у своего гроба, размышлял о загробной жизни, и земной путь его казался ему столь несовершенным, что он горько плакал.
Старец некоторым лицам разослал письма, призывая к себе, а другим поручил после смерти своей передать для них полезные советы.
В самый день Рождества о. Серафим долго беседовал с одним мирянином. Эта была, может быть, последняя, длинная его беседа.
«Добро делай, – говорил он, – путь Господень все равно! Враг везде с тобой будет. Кто приобщается, везде спасен будет; а кто не приобщается – не мною. – Вот что делай: укоряют – не укоряй; гонят – терпи; хулят – хвали; осуждай сам себя, так Бог не осудит; покоряй волю свою воле Господней; никогда не льсти; познавай в себе добро и зло: блажен человек, который знает это. Люби ближнего: ближний плоть твоя. Если по плоти поживешь, то душу и плоть погубишь; а если по Божьему, то обеих спасешь. За уступки миру многие погибли: аще кто не творит добра, тот и согрешает. Надобно любить всех и больше всех – Бога…»
«Подчиненных храни милостями, облегчением от трудов, а не ранами. Напой, накорми, будь справедлив, Господь терпит; Бог знает, может быть, и еще протерпит долго. Ты так делай: аще Бог прощает, и ты прощай».
«Что приняла и облобызала св. церковь, все для сердца христианина должно быть любезно. Не забывай праздничных дней: будь воздержен, ходи в церковь, разве немощи когда; молись за всех: много этим добра сделаешь; давай свечи, вино и елей в церковь: милостыня много тебе блага сделает. По постам скоромного не ешь: хлеб и вода никому не вредны. Как же люди по 100 лет жили? Не о хлебе едином жив человек. Что церковь положила на семи вселенских соборах, исполняй. Горе тому, кто одно слово прибавит к сему или убавит. Что враги говорят про праведных, которые исцеляли от гниющих ран одним прикосновением? Господь призывает нас, да мы сами не хотим. – Смирение приобретай молчанием. Бог сказал Исаии: на кого воззрю, токмо на кроткого и молчаливого и трепещущего словес Моих».
