– Слишком много вариантов – покачала головой Эстер – не хотите же вы, чтобы я все их перебирала?
– Вы правы, не стоит – согласился Родион – Что же мне вам сказать? Одну часть моей жизни, вы прекрасно знаете – это учеба в институте, ну а вторую целиком и полностью занимает работа – вот так просто охарактеризовал свою жизнь загадочный студент.
– Почему же вы учитесь не на вечернем отделении? – удивилась Эстер – Разве, так не было бы удобнее.
– Не знаю – пожал плечами Родион – Я поступил после школы на дневное отделение, отучился один год, потом служил два года в армии. Вернулся, восстановился и только потом спустя несколько месяцев стал работать. Мне советовали перейти на вечернее отделение, но я решил, что вечером в институт, уж точно не дойду. Так что, какая разница, когда пропускать? После учебы работать я в состоянии, а после работы учится – нет – объяснил Донской, а Эстер снова не знала, что ответить. У нее был шок от услышанного. «Армия? Как его занесло в армию? – у Эстер было ощущение, будто ей кто-то в голове спутал все проводки – Он производит впечатление человека из состоятельной семьи, не мажора конечно, но и… И зачем я стала спрашивать?»
На счастье Паланской они уже подъезжали
– Где мне остановиться? – спросил Родион.
– Вон там, справа у въезда на стоянку – показала Эстер – Там и вам и мне будет удобно.
– Хорошо – послушно подъехал к стоянке Донской и, остановившись, повернулся в сторону Эстер.
– Спасибо вам большое – поблагодарила его женщина – Теперь я ваша должница. Не знаю, правда, чем смогу вам отплатить, но.. В любом случае, большое спасибо – и она потянулась, чтобы открыть дверцу. Родион вышел из машины, и, обойдя ее, помог выйти Эстер.
– У меня есть идея, как вам вернуть мне долг – неожиданно для Эстер, продолжил тему мужчина, и перед тем как она успела спросить, что же это за идея, он уже озвучил свое предложение, повергшее ее в очередной шок – Поужинайте со мной.
Паланская онемела, что, нужно отметить, за сегодняшний день происходит не в первый раз. Она вновь была подчинена его взгляду, и вместо гневной тирады, у Эстер вырвалось только одно слово:
– Зачем?
– Признаюсь, я ожидал, что вы скажете нечто другое, а к такому вопросу я как-то не был готов – улыбаясь, пытался найти объяснение Родион – Скажем потому что, вам нужно есть, равно как и мне тоже нужно есть. Поэтому мы можем поужинать вместе. К тому же вы сами заговорили о возврате долга – он сделал паузу и с его лица исчезла улыбка – А если серьезно, потому что вы мне нравитесь.
Вот так просто, признаться в симпатии, такое в жизни Эстер тоже произошло впервые. «Невероятный человек. Ужасно, но мне так хочется ответить согласием! Не возможно! Ну же Паланская, давай, говори, как ты должна сказать и иди на работу. Что тут думать? Он твой студент, еще мальчишка, а ты о чем-то думаешь?»
– Это не возможно – наконец услышала Эстер свой голос – Я ваш преподаватель, я не могу никуда с вами пойти. Это было бы некорректно с моей стороны. Мне нужно идти. До свидания – и Эстер сделала шаг прочь.
– Подождите – задержал ее Родион – Но, мы могли бы встретится за пределами института или быть знакомы ранее. Это условности.
– Нет – Эстер не знала, кому больше сопротивляется себе или ему – Все так, как есть и я не могу никуда с вами пойти.
– Не можете, но хотите? Так ведь? – спросил он, подойдя к ней вплотную и смотря прямо в глаза.
– И не могу, и не хочу – из последних сил держалась женщина, от его близости ей не хватало воздуха, а голова начинала кружиться.
– Позвольте, в это мне не поверить – приблизив свои губы к ее уху, прошептал Родион.
– Ваше право – как можно строже ответила Эстер и, развернувшись, ушла. Удаляясь, она чувствовала его взгляд на себе и боялась, что ее ноги подкосятся, и она выдаст себя с головой. Скрывшись за дверьми, она не могла перевести дух, все ее тело дрожало. Войдя в свой кабинет она практически упала на диванчик и, не шевелясь, просидела в одном положении минут пять. Опомнилась, она, услышав тиканье настенных часов, подняв на них глаза, она резко выпрямилась. С минуты на минуту должен был прийти пациент.
Конечно, сейчас чужие проблемы вообще не воспринимались ею. Пришедшая на прием сотрудница, говорила и говорила, но Эстер не могла заставить себя слушать. Она рефлекторно кивала, вставляла избитые фразы, а сама была где-то далеко. Паланская предложила продолжить сеанс на следующей неделе, и пациентка с радостью согласилась.
Вечером, часов в шесть, когда Эстер уже ждала такси, которое должно было доставить ее до собственной машины у университета, в дверь кабинета постучали.
– Войдите.
Дверь открылась и первое, что предстало взору Эстер, был огромный букет белых тюльпанов.
– Доставка цветов – объявил молодой человек, держащий букет – Вы Эстер Паланская?
– Да. Я – кивнула Эстер.
– Это вам – передал букет курьер и протянул планшет с ручкой – Распишитесь, пожалуйста.
– Да, конечно – Эстер положила букет на стол и поставила подпись.
– Всего хорошего – курьер попрощался и ушел.
– Всего хорошего.
