– Что?!.. Стой, ничего не делай, я сейчас буду!..
Хедин ощущал эти странные множественные шаги сквозь Межреальность уже довольно давно. Они послышались, едва только отряд с Ракотом во главе ступил в Обетованное. Не бесчисленные, но в изрядном количестве, странные существа скорым маршем шли прямо сюда. Однако лишь когда они оказались совсем рядом, Познавший Тьму опознал их – те самые конструкты, успевшие доставить столько хлопот.
Что, вышли на «последний и решительный»?..
Он ожидал отзвуков боя, вспыхнувшей схватки; однако шаги после некоторой паузы вновь начали приближаться, и приближались они невозбранно, им никто не препятствовал.
Что такое? Что случилось? Хедин терялся в догадках. Драгоценнейшее время уходило, никто ничего не предпринимал, да ещё и эти твари, явившиеся прямиком в Обетованное!..
А в следующий миг идеальная стена его темницы дрогнула.
Как, отчего, почему?!
Сперва ему показалось, что он лишается рассудка. Однако нет – капкан раскрывался, непроницаемые барьеры истончались, заклятия распутывались посредством неимоверно сложных, зашифрованных ключей.
Вот тьма сменилась серыми сумерками, вот – исчезла совсем!..
Хедин поспешил вернуть себе привычный вид.
И – почти рухнул на мягкую, шелковистую, вечно-весеннюю траву Обетованного. Почему передо мной всё плывёт?.. Это вот эти вот уродцы смогли меня освободить?..
Но тут вокруг его шеи обвились донельзя знакомые руки, донельзя знакомая щека прижалась к его щеке, а губы его отыскали другие губы – тоже донельзя знакомые.
Оружейница Айвли пошатнулась, едва не упала. Да и, наверное, упала бы, не подхвати её с одной стороны лекарь Фиделис, а другой – Фредегар с Робином. Врачеватель глядел на альвийку с сочувствием и печалью, невысоклики – просто глядели. Эх, эх, видать, и впрямь крепко любила Аэтероса эта Айвли!.. Жаль её, но сердца словам, как известно, не подвластны, и даже боги тут бессильны что-либо изменить.
– Идём, идём. – Целитель мягко повёл всхлипывающую Айвли прочь. – Идём, прекрасная. Не смотри на них, они предназначены друг другу, определены силами, кои, наверное, даже сами Орлангур с Демогоргоном не могут себе представить.
– Почему?.. Почему так?.. – рыдала альвийка.
– Судьба жестока, – вздохнул Фиделис. – Я тоже не хотел бы вечно бродить от мира к миру, пытась спасти хоть кого-то – и почти всякий раз опаздывая. Я тоже не хотел бы видеть, как близкие и любимые мои люди вырастают, стареют и умирают – а я всё остаюсь прежним, словно само время меня отвергло. Ты сделала для
– Ты не понимаешь. И никогда не поймёшь. Ты – мужчина. Вы идёте от одного разбитого сердца к другому, ничего не замечая!..
– Не думай об этом, – старался не спорить Фиделис. – Всё ещё только начинается…
– Хорошо тебе говорить… – всхлипывала Айвли.
Фредегар с Робином, переглянувшись, решили остаться. Утешение альвиек – всё-таки не их специальность. К тому же тут Аэтерос, наверняка даст новое задание!..
Они верили и не знали сомнений.
– Что вы задумали?! – хватался за вновь обретённую голову Хедин Познавший Тьму. – Царства мёртвых как источник силы? А что до этого? Затенить Урд? Ударить всеми тремя истинными Источниками? А дальше?!
– Хватит! – зарычал Ракот. Тьма, ныне слагавшая его тело, гневно заколыхалась. – Ты можешь проложить барьер Творца? Можешь остановить Дальних?! Только без твоих знаменитых своей неисполнимостью хитрых планов, Хедин!
– А я не уверена, что они могут проделать это вторично, – покачала головой Сигрлинн. – Ты прав, могли бы – уже бы сделали, ждать нет смысла. Кристалл наступает. У меня был некий план. У Ракота тоже. Ты говоришь – они никуда не годятся. Прекрасно, что же нам тогда делать? Те, что умеют рассекать Упорядоченное барьерами Творца – ждут, тянут и медлят. Может, что-то выгадывают, не знаю. Но что предлагаешь ты?
Хедин обвёл их взглядом – так, словно видел каждого в последний раз.
И заговорил.
Они возвращались все вместе. Аратарн и Лидаэль, по-прежнему державшиеся за руки, Горджелин Равнодушный, он же Снежный Маг, и Чёрный, сущность из рода Новых Магов, явившихся сменить поколение Хедина и Ракота, но так и не преуспевших. Чёрный, хоть и будучи бестелесным, с явным усилием толкал перед собой наглухо замкнутую сферу, где замерли, схватившись в вечной борьбе, Губитель и Возрождающая.
Дорога, удивительнейшая из всех возможных, вела их сквозь воды Великий Реки, реки самого Времени, и Драконы, обитавшие в её струях, замыкали собственные тела в кольца, образуя кажущийся бесконечным тоннель, ведущий совсем в иные дни и места.
Алое сияние, скользящие в нём стройные драконьи тела; путники двигались, не задавая вопросов – Драконы уже открыли всё, что считали нужным.
– Значит, перводвигатель. – Горджелин то и дело оборачивался, глядя на упрямо толкаемую Чёрным сферу. – Маленькое уютное укрытие для Чёрного и избранных им. Мать моя, Фелосте, говорила мне о принципах Истинных Магов совсем иное.
