Вот я возвращаюсь домой. Бегу неспешно по утреннему туманному лесу, на душе все еще тяжело. Все еще стоит перед глазами искаженное мукой лицо Гевара: «Вернись! Я не могу без тебя! Я умираю без тебя…». О, как же я потом проклинала себя за то, что дала себе сутки передышки, за то, что не вернулась в Лебяжий Лог сразу, а вместо этого весь день дремала на берегу лесного озера, приводя в порядок мысли и чувства. Я не могла найти оправдание себе тогда, не могла и сейчас, просто время сделало боль не такой острой…
Я бегу неспешно, и с каждым шагом, приближающим меня к дому, тяжесть на душе все меньше. Она тает, растворяется в мыслях о том, как я прокрадусь сейчас в тихий сонный дом, скину влажную одежду и юркну в теплую постель. Обниму Сол, крепко прижму к себе, зароюсь лицом в ее золотистые волосы. Сол… Моя Сол… Мое солнце на этой земле…
Ее волосы были тусклыми и казались ржавыми от крови. Я наткнулась на нее случайно, когда до Лебяжьего Лога оставался еще с час пути. Сначала я подумала, что у меня галлюцинации, потом — что это какая-то глупая шутка. А когда подошла ближе…
Когда я подошла ближе, мой мир треснул, раскололся на части и рухнул. Моя Сол была мертва.
И я сошла с ума.
Те первые минуты, что я провела рядом с ней, были самыми страшными в моей жизни.
В ране на боку, между ребер Сол застрял неровный костяной осколок, имеющий очертания волчьей головы…
Мысли завертелись, закружились, понеслись, перегоняя друг друга, и разбились о ледяную глыбу внезапного ужаса — где Аджей?
Лагри ведь никогда не оставлял Его Светлость одного. Только если я была рядом.
Меня вдруг замутило, да так сильно, что в глазах поплыли черные круги. Чтобы удержаться на ногах пришлось ухватиться за мишень. Я тут же повернулась к ней лицом, сделав вид, что просто хочу вытащить свой нож. Потянулась к рукоятке, но в глазах все плыло, а руки тряслись настолько, что я промахнулась и порезала ладонь о клинок Лагри. Боль и кровь, тут же заструившаяся из неглубокой царапины, немного отрезвили меня, но чтобы окончательно успокоиться пришлось еще с минуту постоять с закрытыми глазами.
— Рэвейн, — я уже достаточно пришла в себя и даже не вздрогнула, когда меня окликнули, — герцог тебя искал… — Лагри подошел ближе и замолчал, наверное, недоумевал, что это я все еще топчусь возле мишени.
— Где он? — мой голос был на удивление спокойным.
— Собирался осматривать восточное крыло. — Квентин рывком вытащил свой нож, а потом мой. Протянул мне рукоятью вперед. — Если поторопишься, может быть, застанешь его там.
Лезвие он держал левой рукой.
Две глубокие раны на теле Сол были с правой стороны.
Раньше я не задумывалась над тем, что нападавшим был левша.
Я молча забрала свой нож, — поднимать голову поостереглась, уж слишком была велика вероятность, что выдам себя выражением лица, — кивнула и пошла обратно к лестнице. Сначала медленно. Затем быстрее. А потом побежала.
Мне надо было немедленно, сию минуту увидеть Аджея.
И поговорить с ним…
Это Лагри.
Я почти не сомневалась, что это Лагри.
Тогда в первый раз по дороге из Ньюбера он первым предложил ехать через Радужное. И то дерево на дороге. Я тогда грешила на наемного убийцу, но его могли повалить совсем другие люди.
Потом охота. Лагри говорил, что по его приказу прочесали весь лес, и поводов для беспокойства нет, но стрелок нас поджидал, и не где-нибудь, а в тщательно подготовленном месте, на помосте, явно сколоченном не на скорую руку за пару часов.
Затем покушение на Адора. Квентин ведь слышал, как Гвиоль сболтнул лишнее. Уж не начальника ли охраны регента видели с наемным убийцей?!.. И Лагри ведь так и не обыскали.
Его связь с Розой… Он подсунул ей кошелек, а потом спустил с лестницы.
И Зелье Забвения для принца тоже его рук дело.
А причина? Причина проста. Лагри командовал армией. Пусть его еще и не назначили главнокомандующим официально, но, по сути, он уже им был. Значит, за ним была сила. Если бы Аджей случайно погиб, как мне говорил мой давний знакомый, Вариян Радон и Бальтазар Нагори сразу бы отошли в тень, а вот Лагри бы остался на своем посту. Да никому бы даже и в голову не пришло его смещать. С чего бы?! Опытный военачальник, преданный короне. Он принял бы участие в управлении страной, проявил бы себя с лучшей стороны, втерся бы ко всем в доверие, а потом… а потом принц бы во время сошел с ума, и наверное не он один… И ведь никто не подкопается…
А еще он был тогда в Лебяжьем Логе. Я почти уверена…
Я не сразу, но вспомнила, что Аджей не так давно пару раз упоминал восточное крыло.
Кажется, один из придворных имел глупость спросить, что будет с этой частью замка, на что получил исчерпывающий ответ о величине долга своего поместья перед бюджетом страны. Герцог посетовал тогда, что из-за несознательных граждан королевская династия вынуждена ютиться в обветшалом полуразрушенном строении, и намекнул на необходимость проведения налоговой реформы, от чего все присутствующие при этом благородные посерели лицами и покрылись холодным потом.
