— Вставай, — жестокий голос блондина жестоко ударил по ушам.
— Иди на… — доброжелательно посоветовала я и подтянула колени к груди.
— Мне бы не хотелось опять тебя бить, — задумчиво сообщил Риан.
Я молча прикрыла лицо локтем. Он вздохнул.
— Вставай, — на мое плечо легла теплая ладонь. — Пожалуйста…
— М-м-м… — это все чем я могла выразить свое удивление.
— Если ты не встанешь сама, мне придется тебя поднимать… А потом нести. Не уверен, что тебе это понравится.
Смысл моего нецензурного ответа сводился к тому, что мне, собственно, все равно. Риан снова вздохнул.
Конечно, он оказался прав — нет ничего приятного в том, когда твои бренные останки соскребают с пола. И в том чтобы опять повиснуть вниз головой тоже удовольствия мало. А если еще учесть, что из одежды на мне только медальон на цепочке… в общем блондин — гад и извращенец. А я… тоже немного странная.
— Меня стошнит, — доверительно сообщила я его… хм… спине.
Спина не ответила.
— Штаны будут испорчены, — хрипло продолжила я свою мысль, не предпринимая, правда, никаких попыток вырваться. — И в сапоги попасть постараюсь.
— М-да… Сапоги жалко, — Риан немилосердно меня встряхнул и медленно пошел к лестнице.
Не надо было обладать даром предвиденья, чтобы понять, куда меня несут. А как мы поднимались по веревке в апартаменты Наблюдателя, вообще отдельная история. Если б не было так больно, то было бы очень весело.
Потом была ванна, в бортик которой я вцепилась мертвой хваткой, после того, как Риан бросил туда какой-то невзрачный камушек, и вода забурлила и вспенилась. Если честно я подумала, что меня хотят убить более изощренным способом, но это оказалась жутко дорогая магическая финтифлюшка, позволяющая мгновенно согреть воду.
Ванну мы принимали вместе. И как-то Риан так вдумчиво и усердно меня отмывал, что… короче долго мы в этой ванне просидели. Еще и половину воды на пол вылили. А потом он меня в кровать отнес и там… ну, в общем, о сне и речи не было.
Может, это монастырь так на мне сказался?!.. Хотя, какая разница.
Очередной мой протяжный стон. Тело сводит сладкой судорогой. Риан делает несколько поспешных резких движений и тоже замирает. В глазах мерцают звездочки. А когда они рассеиваются, я вижу стоящего на пороге комнаты Аджея.
— Рад, что вы нашли общий язык, — после непродолжительной паузы говорит он.
Колени разъехались, и я плюхнулась на живот, уткнувшись пылающим лицом в смятую простынь. Стыдно мне не было.
Рагдар, конечно, явился не один. За его спиной маячили бессменные Гвиоль и Лагри. И если Квентин даже бровью не повел при виде меня, то у Адора было очень выразительное лицо, а глаза вообще как у мышки из всем известного анекдота.
В комнате повисла тишина. Многозначительная такая, переходящая в угрожающую. Это заставило оторваться от простыней.
Мужчины все так же стояли в дверях каменными изваяниями. Я повернулась к Риану, и все-таки не выдержала — расхохоталась. У него вид был такой, будто он не только поймал самого главного злодея, но ему уже и орден за это вручили.
Ой, не могу! Сейчас умру от смеха!
У Лагри дернулась бровь. Глаза Адора стали еще больше, хотя не понятно как такое возможно. Лицо Аджея приобрело легкий зеленоватый оттенок, а победоносный вид Риана немножко потускнел, плавно переходя к озадаченности смешанной с оскорбленным достоинством. И все это, конечно, вызвало у меня еще один приступ дикого хохота.
Нет, если они кривляться не перестанут, а точно животик надорву!
Герцог что-то сказал, я не расслышала, а вот дверь хлопнула очень даже громко.
— Заткнись! — злобно прошипел блондин и ушел в гардеробную.
Столь любезно высказанную просьбу я благополучно проигнорировала, и, вспоминая немую сцену, насмеялась вдоволь, правда уже не так громко.
Когда Риан полностью одетый вернулся в комнату, я, вольготно раскинувшись на его кровати и довольно жмурясь, разглядывала потолок.
— Вставай! — грозно потребовал блондин.
На этот раз я решила продемонстрировать безоговорочное послушание и встала на кровати в полный рост. Для пущего эффекта развела руки в сторону и выдала самую счастливую улыбку, на какую была способна.
Риан скривился.
— Ты бы себя видела, — проворчал он.
Я мельком глянула на многочисленные синяки разнообразной величины и расцветки, украшавшие тело, улыбнулась еще шире и доверительно сообщила:
— Ты можешь собой гордиться… милый!
От последнего слова его перекосило еще больше.
— Одевайся! — он швырнул мне сверток, который до того держал в руках.
— Благодетель! — принялась восторгаться я, разглядывая выделенные мне вещи.
Очень даже приличные вещи, кстати. Рубашка и штаны из мягкой, приятной телу ткани, моего любимого черного цвета. И размерчик почти мой. По росту, во всяком случае, подходят.
— Я оденусь и приду. Не жди меня, — попробовала я спровадить Риана из комнаты.
Номер не прошел. Блондин усмехнулся и, сложив руки на груди, привалился к дверному косяку, давая понять, что без меня с места не сдвинется. Пришлось одеваться под его тяжелым взглядом.
