Совершенно неожиданно добрые дружеские отношения сложились между Олегом и Аркадием. Несмотря на все различия, они почувствовали уважение друг к другу, оценив поступки и личные качества. А когда Олег обратился к певцу с просьбой выступить поручителем в одной сделке, естественно, за процент – они стали ещё и партнёрами.
В конце весны Марина стала тётей – у Лены родился сын. Когда они вернулись из роддома, Маринка, затаив дыхание, стояла у кроватки малыша, а потом обнимала и обцеловывала сестру, заходясь счастливым шёпотом от восторга и умиления. Она не отходила от молодой мамы целый день, стараясь ей помочь, однако делала это неловко и неумело, вызывая раздражение у Лены, терпение которой подходило к концу, и она недвусмысленно давала понять, что пора бы им уже уйти. Аркадий с улыбкой наблюдал за Маринкиными стараниями, но не вмешивался в эти сестринские споры. И только когда Елена, не выдержав очередного приступа родственной любви сестры, взмолилась:
-Аркадий, да уведи ты её уже, ради Бога! Марина, дай мне самой спокойно разобраться! – молча, взял её за руку и повёл к двери, не обращая внимания на надутые губы, попытки вырваться и просьбы побыть «ещё только минуточку».
Целую неделю все их разговоры Марина сводила только к новоявленному племяннику. Она покупала игрушки и костюмчики, а ещё читала в интернете и засыпала его этой ценной информацией, как правильно кормить и купать новорожденных, и доставала сестру своими советами и постоянными звонками. Аркадий, как мог, сдерживал её порывы, стараясь загрузить работой. Но, спустя несколько дней, когда они остались одни, Марина вдруг спросила:
- Интересно, какой у нас с тобой мог бы быть ребёнок? Если мальчик – я бы хотела, чтобы он был похож на тебя.
«Приплыли», - Климов тяжело вздохнул, - «дурной пример заразителен».
Было слишком очевидно, откуда в её головке такие мысли. И как объяснить ей, что ему дети не нужны? Свой план он выполнил уже много лет назад. Она сама - его ребёнок. Но он также понял, что нельзя её обидеть, задеть вдруг пробудившиеся женские, материнские инстинкты. Он поцеловал её в висок: «Придётся схитрить».
- А если девочка – то на тебя. Только мы подождём, правда?
- Я хочу ребёнка, как Лена.
- Ну, Лена ведь на десять лет тебя старше. Так? И образование у неё есть. А тебе ещё учиться нужно. Только зачем тебе Франция? Можно ведь в Москве, в любой ВУЗ.
Девушка просияла:
- Ты знаешь, я уже тоже об этом думала, раньше. Можно ведь и на заочное? Я не хочу уходить из ансамбля.
И, помолчав некоторое время, произнесла вслух своё решение:
- Да, ты как всегда прав, сначала нужно образование получить.
«Фу, Слава Богу. Пронесло», - у Климова полегчало на душе.
Глава 36
Сегодня с самого утра у Аркадия болело сердце. Однако отлежаться дома было нельзя: на девять часов была назначена очень важная встреча. Уже почти полдня они с Семёнычем и представителями коммерческой фирмы обсуждали новый проект, а он никак не мог отделаться от неприятных ощущений, которые не только не проходили, а наоборот усиливались.
Еле дождавшись окончания встречи, он рванул к джипу, попутно набирая номер Марины. Гудки вызова шли, но трубку она не брала. Садясь в машину, скомандовал Андрею:
- К Маринке. Давай быстрее. - Аркадий уже понимал, что-то случилось.
Андрей первый заметил тёмно-синюю Volvo, стоящую около подъезда.
- Аркадий, смотри.
- Вижу, - ему всё сразу стало ясно. Это была машина Кати, которая на прошлой неделе приехала с дочкой в гости. Он уже отстёгивал ремень безопасности и выпрыгивал из машины почти на ходу, успев крикнуть своему водителю:
- Если сейчас выйдет – задержи, заблокируй машину!
Он взлетел по лестнице, не став дожидаться лифт. Дверь была не заперта.
Марина сидела на диване, вся заплаканная. Такой он видел её только один раз, тогда, в машине, когда затащил в мужской туалет клуба. Сейчас в такое же состояние её повергла его дочь. Катерина стояла посредине зала. Она совершенно не удивилась и не испугалась появлению отца.
- Ты что тут делаешь?! Зачем пришла?!– Он рванул её за руку: - Вон отсюда!!
- Не смей меня трогать!! – девушка резко вырвалась и отступила на шаг. – Проститутке своей указывай! А я буду делать то, что хочу!
- Замолчи! - он занёс руку, как будто хотел ударить.
- И говорить буду то, что думаю! И ты мне не указ! Что, бить будешь? Давай, попробуй!– она с вызовом смотрела ему прямо в глаза.
Он сдержался, и взглянул на Марину:
«Слава Богу, Катька ей ничего не сделала», - он повернулся к дочери, стараясь усмирить свой гнев:
- Пошли домой. Там поговорим.
Однако дочь не захотела поддержать его попытку решить всё миром. Она продолжала кричать:
- Ну, уж не-е-ет! Я тебе больше не дам над матерью издеваться! Мало ей от тебя досталось?! Ты ей и так всю жизнь испортил своими похождениями! Хочешь поговорить?! Давай, пусть эта слушает!! Я ей и так всё про тебя рассказала, так что можешь не стесняться!! И не смотри на меня так, я тебя не боюсь! Ты мне не отец и хуже того, что сделал, ты мне уже не сделаешь!
