Я бы не задумываясь, прошла мимо, чтобы не вдыхать лишний раз этот отвратительный запах, но увидела Талму, с несчастным видом стоящую в середине толпы. А над девушкой хищным коршуном нависал молодой эйр, на которого она раньше тайком посматривала. Лурий Кайдерс — так его, кажется, звали. Я подошла ближе и услышала, как он насмешливо и громко заявил:
— Неужели ты уже отказываешься от своих слов, безродная? Говорила, что любишь меня, так докажи и сорви иргаль! Если получится, я, так и быть, позволю тебе поцеловать мою руку… или ногу.
От глумливых смешков и испуганного, затравленного взгляда подруги стало тошно. Похоже, эта наивная простушка всё же призналась в любви предмету своего обожания, а он просто выставил её на посмешище. Как же мерзко! Прежней директрисы и Моранды уже нет, а в этом гадюшнике ничего не изменилось!
Чем дольше живу здесь, тем больше убеждаюсь, что со всеми этими наглыми павлинами мне не по пути. Может и к лучшему, что свадьба с Блордраком расстроилась. Ну какая из меня хозяйка замка и жена главы рода? Я же просто не смогу устраивать приёмы для таких, как Кайдерс с Дорганом и любезничать с ними, зная, что за спиной меня поливают грязью.
— Ну же, давай, рви! — вдруг резко скомандовал Лурий, а когда Талма не сдвинулась с места, грубо схватил её за руку и потянул к дереву. Тут уж я не выдержала и, расталкивая толпу, бросилась к ним.
Дальше события развивались стремительно. Не успела я добежать до Талмы, как раздался громкий звук шлепка. Оказалось, помощь подруге уже не требовалась. Она освободилась сама, отвесила обидчику звонкую пощёчину и теперь испуганно замерла, ошалев от собственной дерзости. Да что там, замерли даже зрители, недоверчиво взирающие на безродную простушку, посмевшую поднять руку на эйра.
А потом я испытала ощущение дежавю, потому что всё повторилось почти как с Эртаном. Побагровевший от ярости Лурий набросился на Талму, а я — на него. Да и результат получился очень похожим, только крови в этот раз было больше и текла она из носа грубияна. И даже реагировал он примерно так же, как внук Доргана — резко побледнел, схватился за нос, разразился страшными проклятьями в мой адрес и активировал вызов на школьном браслете. Блин, это сейчас сюда новая директриса примчится или кого он там вызвал? Нет, страшно не было, просто не хотелось очередных разборок. Впрочем, я в них всё равно уже влезла.
Оказалось, всё гораздо банальнее — Кайдерс, видимо, посчитал, что нанесённые ему телесные повреждения очень серьёзны, и отправил сигнал о помощи в лазарет. Увидев приближающегося Блордрака в привычном балахоне целителя, я пожалела, что пришла в библиотеку вечером, когда заведующая уже сменилась.
Пока он занимался пострадавшим, я взяла Талму за руку и попыталась увести её в сторону, чтобы избежать не самой приятной встречи. Вдруг не заметит? Это вряд ли, на нас продолжали глазеть — хмуро, возмущённо, негодующе. Заметил. Подошёл и осуждающе покачал головой, заявив:
— Риголь, опять? Почему ты всё время с кем-то дерёшься и кого-то бьёшь? Ты же девушка! — И это вместо «Добрый вечер, как дела? Ты не пострадала?»
— А что делать, если здесь нет нормальных мужчин — сплошные эйры и дэйры! — Не осталась я в долгу, ответив на его недовольный взгляд по возможности спокойным и уверенным.
Блордрак привычно поморщился и сухо спросил:
— И какие же мужчины считаются нормальными там, где ты выросла? — На последних словах он сделал особый акцент.
— Смелые, надёжные, самостоятельно зарабатывающие на жизнь, а не живущие за счёт женщин, потому что для нормальных мужчин это унизительно, — перечислила я список достоинств, которыми, к сожалению, наделены далеко не все представители сильного пола Земли. И тоже особенно выделила последнюю фразу про деньги.
Нет, у нас, конечно, тоже бывает, что на девушке женятся исключительно ради приданого и состояния отца, но в большинстве случаев это не считается нормой. Для меня так уж точно. Никею намёк не понравился, но он лишь слегка нахмурился и пренебрежительно уточнил:
— Значит, твой идеал — импульсивность и непрактичность?
— Лучше непрактичность, чем меркантильность и мания величия.
— У тебя не только имя плебейское, но и мировоззрение, — пожав плечами, с прохладцей в голосе вынес вердикт Блордрак.
А вот это было обидно. То есть все, кто не преклоняется перед древностью рода и не в состоянии оценить великолепие приставки «дэйр» — это ничего не понимающие плебеи? Тоже мне пуп земли нашёлся!
— В таком случае ты должен быть доволен, что свадьба не состоялась. — Я пыталась не выдать, что задета, но голос невольно повысила. Это было ошибкой.
Стоящие поблизости зрители недавней драмы всё услышали, заметно оживились, навострили уши и уставились на нас в ожидании нового скандала.
— Я доволен, всё к лучшему, — совершенно безэмоционально констатировал Никей и отошёл в сторону, что-то нащупывая в своей сумке целителя.
