Машина резко затормозила. Руслан приоткрыл глаза и устало посмотрел в окно.
– Приехали, брат! – обернулся к нему улыбающийся таксист. Парень кивнул.
Пока пассажир медленно выбирался из авто, водитель бодро вышел на улицу и вытащил из багажника тяжелую спортивную сумку.
– А вообще ты его хорошо уложил! Болели с сыновьями за тебя.
– Аль-хамду ли-Ллях[15], брат. Спасибо. – Руслан забрал вещи, попрощался и медленно побрел к воротам.
Черное хмурое небо затянули плотные облака. Кажется, ему повезло, что самолет приземлился до шторма.
Парень закрыл за собой калитку, прошел вглубь сада и мягко опустился на скамеечку под мандариновым деревом. Он дома. И, пока не начал накрапывать дождь, хотелось просто выдохнуть. Тело ныло после боя. Второй день – самый болезненный.
Входная дверь приоткрылась, и на пороге появилась мама. Она держала в руках небольшой поднос с едой и горячим чаем. Двигалась медленно, словно боясь оступиться.
– Нет-нет, сиди! Я справлюсь, все хорошо. – Марьям аккуратно спустилась по лестнице и осторожно разместила поднос на скамейке. – Дай на тебя посмотрю, мой мальчик. Расскажи, тебя можно поздравить?
– Можно, – Руслан улыбнулся.
– Болит?
– Нет, мам, просто ноют мышцы. А так – я в полном порядке. Женщина обняла голову сына и прижала к себе.
– Какой же ты молодец, сынок.
– А ты как? – обняв ее в ответ, спросил он.
– Вчера была у доктора, сказал, что анализы приличные, ждем операцию. Что нашли врача.
– А тебе точно не надо вернуться в палату?
– Точно, дорогой. За мной тут бабушка присматривает – и ты. Пару дней назад вот Мурад с Дианой вернулись.
Руслан резко перевел тему:
– Бабушка хорошо себя чувствует?
– Ма шаа Аллах[16], хорошо.
– Мам, а что за врача нашли?
– Московский, очень хорошо делает. Стала выспрашивать про деньги, но наш доктор ничего не сказал. Я, говорит, буду с сыновьями твоими это обсуждать. Нечего тебе.
Руслан тихо засмеялся:
– Прав наш доктор: нечего! Завтра схожу к нему.
– Сынок… – Было видно, что ей крайне сложно говорить. Он понял все без слов.
– Тебе нечего стыдиться, мам. Этот человек наговорил всяких глупостей. Кто еще позаботится о тебе, как не взрослые сыновья? Это правильно, так и должно быть.
Марьям крепче обняла его, а затем отпустила и села рядом.
– Твой чай остывает. Может, в дом пройдем?
– Давай еще немного побудем тут, пожалуйста. Пару минут.
Она улыбнулась и кивнула.
– Как Диана?
– Она умница, только яростная, – мама тихонько засмеялась. – Очень они похожи с твоим братом.
Руслан улыбнулся и закинул голову, наслаждаясь видом. Глаза привыкли к темноте. И тусклый фонарик над лестницей уже не казался таким бестолковым. Какое-то время они просидели молча, слушая, как ветер шелестит листвой. В ночной свежести пахло морем. Мама уютно закуталась в свою огромную вязаную шаль и вдруг тихо проговорила:
– Мурад переменился очень.
– Не хочу говорить о нем.
– Дорогой…
Парень сделал глоток чая и с наслаждением закрыл глаза.
– Вот чего мне не хватало… Твоя выпечка и чай с чабрецом.
Утром Руслан дольше обычного лежал в кровати. Вчера он вернулся из Москвы. Очередная красивая победа. Теперь его имя звучало чаще. Предложения боев становились интереснее.
Долго обсуждали с дядей Акифом, в какой клуб лучше вступить. В итоге приняли решение, что Руслан пока останется здесь. Но чем выше он поднимался, тем чаще тренер говорил о возможностях большого, известного бренда.
Руслану совсем не хотелось переходить на новое место. Было в этой идее что-то отталкивающее, хотя разум соглашался с дядей: рекламы, денег и популярности там будет больше.
Он смог заработать на операцию для мамы, следующий бой при хорошем раскладе сможет покрыть реабилитацию или ее часть.
Тренер набрал хорошую команду, хотелось бы выстрелить отсюда.
Следующий бой назначен через пару недель на родине. Будут бойцы разных клубов. Дядя Акиф смеялся, что это «встреча цеха с важными боями». Соперник уже известен. Подготовка начнется завтра.
А сегодня – выходной. Из важных дел – только съездить в больницу, поговорить с доктором.
После намаза Руслан вышел на кухню.
Мама уже приготовила завтрак. Парень улыбнулся, налил себе чай и выглянул в окно.
Марьям и бабушка Патимат что-то обсуждали рядом с цветником.
Эта картина была настолько привычной, что на душе сделалось тепло и уютно.
– Поздравляю с победой!
Парень обернулся. За спиной стояла Диана и улыбалась.
– Аль-хамду ли-Ллях, спасибо. Как ты?