— Я боюсь, такие позиции должны согласовываться с директором учреждения, — сухо призналась девушка.
— Ну, так согласуй, — предложила ведьма.
Закатив глаза, и красноречиво вздохнув, исследовательница поднялась на ноги.
— Ладно, — ответила она, направляясь к выходу.
Перешагнув через порог, Аврора задержалась у входа. Когда оперативники покинули палату, она произнесла:
— Попробуй что-нибудь устроить здесь, и я своими руками размозжу твою голову!
— Обещаешь? — Издевательски расхохоталась Вера, глядя в щель закрывающейся двери.
Старший исследователь паранормальных явлений Владимир Марш прибыл в учреждение ровно в два часа дня. Длинные, тронутые сединой, локоны были тщательно уложены. Лицо выглядело свежим, даже несмотря на лёгкую небритость. Приехав из дома на служебном «Жигули» белого цвета, Владимир остановился перед входом в КПП, чтобы выкурить сигаретку и морально подготовиться к работе.
— Да, Оганян, — пробормотал про себя Марш, чиркая зажигалкой, — отстроился ты тут знатно.
Оглядывая новенькое здание Участка 77, за которыми виднелись трубы грозного Комплекса «Рост», он с болью в сердце вспоминал предыдущие события. Перед его взглядом проносились картины, в которых он беседовал с аномальным деревом из колючей проволоки, стрелял в шпиона из пистолета Могилевича и встречал у ворот Комплекса мальчишку с оторванной рукой.
Вдруг дверь, ведущая на пропускной пункт открылась, и мираж мыслей в голове Владимира мгновенно рассеялся. К нему навстречу вышел научный сотрудник Алексей Стычкин. Своим уставшим видом и бледной физиономией молодой специалист выглядел ничуть не лучше Марша, когда тот находился в тяжелейшем запое.
— Ну, здравствуй, боец, — произнёс Владимир виноватым тоном, — вижу, ты весь в работе.
— В работе, не то слово, — отозвался Стычкин, пожимая доктору руку. — Метаюсь как сумасшедший между Участком и Зоной уже месяц. Ты сам-то как? Нормально?
— Да чё мне станется, — отмахнулся Марш, — я же неуязвим, покуда печень работает.
— Ну, как знаешь, — пожал плечами Стычкин, поглядывая на служебный фургон позади них.
Проследив за взглядом бывшего ассистента, Владимир заговорщики подмигнул Алексею:
— К Одинцову торопишься? Передай ему от меня поджопник.
— Да нет, — признался Стычкин, — там твоя подопечная вернулась к жизни. Как её там?
— Вера.
— Да, она. Аврора сейчас интервьюирует её.
— Костры во славу инквизиции уже одобрены Комитетом по этике? — Сострил Марш, затягиваясь табаком.
— Чёрт его знает, — выругался Стычкин. — Последние два месяца тянулись сущую вечность. Ещё и эта метареалистка.
Марш прищурился:
— Маргарита которая? А она тут причём?
— Понятия не имею. Часа три назад Одинцов позвонил, говорит, она едет к нам от этического Комитета. В качестве ревизора.
— Че-го?
— Вот и Одинцов удивился. Говорит, Шихобалова хочет нарыть компромата. Мол, со стороны приглашённого специалиста она ничего найти не смогла, а через Комитет по этике на Зону 112 такого дерьма нарыть можно…
— Представляю, — протянул доктор, задумчиво разглядывая землю.
— Ладно, Володь, — подавляя желание зевнуть, сказал Стычкин, — мне нужно идти.
Бросив окурок под ноги, Владимир попрощался с коллегой и прошел через дверь КПП. Предоставив молодому охраннику удостоверение в качестве пропуска, он двинулся дальше и через минуту обнаружил себя перед входом в административное здание Участка 77. Войдя через стеклянные раздвижные двери, он подошёл к смуглой женщине лет сорока. Та сидела за столом и, сдвинув угольно-черные брови, что-то сосредоточенно печатала на компьютере.
— Добрый день, меня зовут Владимир Марш.
— Очень приятно, — с улыбкой отозвалась женщина, — меня зовут Диана. Как раз вы-то мне и нужны.
— Я? — Удивлённо переспросил Марш.
— Да. Я статистка и по совместительству заведующая архивом Участка. Сейчас оформляю документ об одушлевлённом дереве.
— То, что растёт у главного корпуса «Роста», я помню. И чем же я могу вам помочь?
— Будет здорово, если вы оставите какой-то комментарий в сопровождение к статье.
— Хорошо, я посмотрю позже. А что насчёт Артура?
— Доктор Оганян ожидает вас в своём кабинете на втором этаже.
Порывшись в ящике стола, Диана передала доктору блестящую глянцевую карту:
— Ваш новый пропуск. Может использоваться как ключ-карта ко многим помещениям Участка.
Поблагодарив женщину, Владимир направился к лестнице. Поднявшись на второй этаж, он встретил нескольких оперативников, что-то жарко обсуждающих на немецком.
Зайдя в кабинет директора, Марш воскликнул, хлопая дверью:
— Добрейшего днища, Артур! Как самочувствие?
Крутанувшись в кресле, Оганян явил взгляду Владимира уставшее бледное лицо.
— Ох, ебать, — поразился доктор, — братец, ты вообще на улицу не выходишь?
Поднявшись с места, Артур пожал товарищу руку.
— Так, погоди. — Нахмурился Владимир, прикладывая ко лбу директора ладонь. — Ты горишь. Вы что тут употребляете?
— Крайние меры, — хрипло отозвался Оганян, отходя от стола. — Пошли, кофейка для рывка выпьем.
Вынув свой пропуск из слота на клавиатуре, директор неровной походкой двинулся к выходу.
