В случае, если гибель настигла вашего приятеля вне зоны резервации, не нужно поддаваться панике. В первую очередь, постарайтесь обратиться к гражданским лицам с просьбой вызвать полицию. Не стоит распространяться о том, что погибший является носителем. Эту информацию можно рассказать уполномоченному представителю власти. О том, как распознать этих людей, вы можете узнать у своего вожатого или учителя по обществознанию.
В разговоре с полицейскими будьте открыты и честны. Нет смысла скрывать от них своё происхождение, даже если сперва вам покажется, что они вам не верят. Согласно положению о Меморандуме (глава 5), вы имеете право разглашать о себе всю необходимую информацию, если того требует ситуация. Рано или поздно Фонд установит с вами связь и вышлет персонал для вашей транспортировки домой.
Помните, что несмотря на присутствие тлеедов в вашем теле, вы такой же человек, как и все остальные, и ваша жизнь так же ценна!
Судорога волной прошла по всему телу, возвращая заледеневшие мышцы к жизни. Выбравшись из кучи упавших веток, Вера подождала пока загустевшая кровь перестанет шуметь в голове. Утренняя заря, нависающая над долиной, окутывала пространство золотисто-алым светом, лучи которого отражались от тонкого слоя снега, устилающего землю. Деревья, стремящиеся ввысь, окружали ведьму плотным кольцом, скрывая за собой стаю голодных хищников. Изо рта ведьмы вместе с тяжёлым дыханием должны были выходить клубы пара, но температура тела всё ещё не пришла в норму. Юбка и свитер были разодраны, открывая некоторые части тела взглядам тварей, притаившихся в чаще. Вера чувствовала их. Семь сердец, одетых в звериные туши, бились почти синхронно.
Мысли постепенно возвращались в голову девушки, втягивая за собой обрывки воспоминаний. Сотканные из нитей ума, что не раз уносило вихрем смерти, они складывались в обширное полотно чёрной безысходности. До десятой своей кончины, внутри Веры теплилась надежда, что мать всё же любит её. Что любовь эта неотделима от страха, боли и подавленного гнева, но всё же, это любовь.
Но после гибели внутри Комплекса, отчаяние вторглось в её душу. Посеяв незримые, как песочные тлееды, семена сомнения, оно терпеливо ждало, когда ростки окрепнут и вонзят ржавые корни в сердце девушки. И вот, это случилось.
Прислонив ладони к груди, Вера сделала несколько шагов вперёд. Остывшие конечности плохо слушались. Пальцы еле гнулись, ноги грозились вот-вот отказать, ступни теряли чувствительность, но тело упорно совершало манёвры, покидая кучу ветвей.
Где-то внутри, под ладонями ведьмы, там, где обычно рождались страх и тревога, вдруг возник океан боли. Лёгкие поглощали всё больше и больше воздуха, раскрываясь с каждым вздохом, но кислорода почему-то не хватало. Вопреки обледеневшим сосудам в теле Веры, горячие потоки слёз вдруг хлынули по бледному лицу.
— Какая же я дура. — Всхлипывала девушка, шатаясь на каждом шагу. — Какая же я дура!
Обман. Предательство. Измена. Вся её жизнь смешалась в зловонном круговороте лжи и лицемерия. Все её способности, среди которых были и фантомные лезвия, состоящие из направленной паразитами энергии, и манипуляции материей при помощи щелчка пальцев, и даже создание двойника, — всё это она умела только потому, что Сёстры использовали её для отработки собственных тауматургических механик. Кипение крови, дисциплина смещения, и прочий набор деструктивных умений, был вложен в неё лишь ради амбиций близких людей, теперь оказавшихся чужими. Мать говорила, что забеременела от случайного человека, но на деле её могли выкрасть из приюта и затолкать в тело отработанную порцию тлеедов. А даже если нет, какая разница? Вполне вероятно, что после одиннадцатой или пятнадцатой смерти, когда у Веры останется меньше капли человечности, откроются способности к созданию Люра. И тогда её мозг вывернет наизнанку, а сама ведьма превратиться в такую же безумную и смертоносную падаль, какой стала Эрион.
Пролезая червём через года, наполненных пытками и смертями, с венами, насыщенными паразитами до отказа, девушка постепенно опускалась до состояния паразита сама. Кражи в алкогольном магазине, жизнь в чужой квартире, бесперебойный алкоголизм, ночные прогулки в одиночестве. От неё исходил смрад мертвечины, и теперь она наконец-то учуяла его сама.
