– Объяви воинам, что если они не откроют ворота, то все будут преданы суду за измену, и их казнят. Сколько воинов в замке?
– Три десятка стражников, сир, – ответила Дионисия, ее голос дрогнул.
– Вот и сообщи им, а я проберусь в замок с другой стороны, – Артем пришпорил коня и поехал в обход замка вдоль стены.
Дионисия недоуменно проводила его взглядом. Князь Артем был для нее странным и часто непостижимым. От него веяло силой и угрозой, которую она не могла понять. То, что он общается с воскресшими из сказок и преданий богами, еще сильнее ее удивляло. Раньше она о таком и помыслить не могла, а теперь поняла: ее будущий муж – избранный богами. Ее меч, сокрушающий всех врагов. И все же она не могла до конца довериться тому, что видела и слышала. Жизнь в царстве приучила ее всего остерегаться и не полагаться на слова. За ними часто следовали обратные дела. Такова уж была политическая жизнь верхушки власти в царстве, и Дионисия впитала это с молоком матери. Она не хотела быть наивной и доверчивой. И поэтому часто просила, а иногда требовала ответа у Артема на свои вопросы. А он становился грубым и твердым, как камень, не уступая ей ни на зернышко проса… Ей не нравилось, что он все решал за них двоих и не спрашивал ее совета, и в такие моменты она начинала жалеть, что связала с ним жизнь. Но тут же откидывала прочь недостойные мысли.
Она хотела и училась быть самостоятельной, а не игрушкой в руках грубых мужчин. Но в глубине души она понимала, что вся ее самостоятельность всегда имела опору в лице отца, и только он своим авторитетом помогал ей чувствовать себя уверенно. Но вот его не стало, и те, кто ему служил, выбросили ее на обочину жизни. Для них она никто, и ощущать это было унизительно.
– Воины, я Дионисия, ваша госпожа, откройте ворота моей дружине! – запальчиво закричала она. – Я вас казню за измену! Открывайте немедленно!..
– Не велено, – раздался ленивый голос сверху, – идите отсюда. А пугать нас незачем, пуганые…
«Что же это за царство такое, где даже верные слуги предают свою госпожу? – подумала Дионисия, ее глаза наполнились слезами отчаяния. – Неужели я никогда не смогу вернуться на трон и восстановить справедливость?»
Вопрос без ответа повис в воздухе и растаял, словно пар из рта при дыхании зимой. И не было кого, кто мог бы успокоить ее раздерганную, истерзанную метаниями душу. А жених, что мог успокоить ее чувства одним своим словом, удалился, оставив ее испытать позор отвержения…
«Как же гадко на душе», – подумала Дионисия.
Артем ехал вдоль стены к тыльной стороне замка, где его не увидит отряд и Дионисия. Он знал, как пробраться во дворец и что надо делать. Но показывать это не считал правильным. Он слышал, как Дионисия запальчиво кричала:
– Воины, я Дионисия, ваша госпожа, откройте ворота моей дружине!
Ответом ей было молчание. Воины слушались лишь борза Эвридара. Артем это понимал, он знал, что понимала и Дионисия, но та не могла успокоиться и продолжала кричать:
– Я вас казню за измену! Открывайте немедленно! – На что получила ленивый ответ:
– Не велено, идите отсюда. А пугать нас незачем, пуганые…
«Молода еще, – подумал Артем. – Жила за спиной отца, привыкла к тому, что ее слушались, а тут ей показали, что она, собственно, никто. Никак не поймет, что ее сила в муже, и он будет решать ее проблемы. Ну ничего, посмотрит, набьет шишки и образумится, – решил Артем. – Этот мир принадлежит мужчинам, и только они устанавливают правила. И не понимать этого может только царская дочь, – он усмехнулся, – прямо как в спектакле „Укрощение строптивой“».
Артем скрылся из виду, оставив дружинников и Дионисию позади. Последнее, что он услышал, был приказ Дионисии повару Ширазу:
– Шираз, подтверди этим негодяям, что я – та самая принцесса Дионисия.
Что именно ответил Шираз, Артем не разобрал, но он понимал, что Шираза, скорее всего, отправят куда подальше вслед за принцессой. Однако за это они поплатятся. Держать в замке стражу, которая выполняет чужие приказы, – это глупо, и оставлять такое неуважение к царской персоне недопустимо.
Артем в своем мировоззрении поднялся над чувствами простого человека и подсознательно понимал, что сейчас решается судьба царства. Нарна еще слаба, а неведомый ему враг нанесет свой превентивный, неожиданный удар, и к нему надо быть готовым.
Он уже достаточно отъехал от ворот и заметил, что на стенах часовых не было.
Артем понимал логику стражи: зачем торчать на стенах, если вокруг нет врагов, главное – охранять ворота. И это было ему на руку. Он позвал своего спутника:
– Степа, вылезай. – И дракончик, вылезший из сумки, широко зевнул, громко испортил воздух и недовольно спросил:
– Ну чего тебе, Старший?
– Надо напугать стражу в замке и открыть ворота. Сможешь? – спросил Артем.
– Без проблем, – ответил дракончик, – люблю порезвиться.
