Артам вспомнил слова Мары о мести Иехиль и задумался. Затем, осторожно, он призвал богиню смерти.
– О, великая мать смерти и хранительница душ усопших, – произнес он неожиданно для себя, – желаешь ли ты принять этих духов, покинувших твоих слуг?
Воздух вокруг него похолодел, и в тени проявилось лицо богини смерти.
– Откуда ты, смертный, знаешь мой титул? – тихо, но опасно спросила она.
– Это знание само пришло ко мне, богиня, – ответил Артам.
– Так-так, – произнесла Иехиль и всмотрелась в Артама. – Значит, ты обрел частицу демонической силы, человек? Интересно и неожиданно. За то, что ты осмелился вызвать меня, я должна наказать тебя, но за то, что не внял призыву моей сестры, я дарую тебе прощение, Артам. Продолжай свой путь, и я буду благоволить тебе. Этих юшпи я отдаю тебе. Призови их своей силой и помести в магический артефакт, но не медли. Через трое суток связь разорвется, и духи вернутся в свой нижний мир.
Лицо женщины с ледяным взглядом стало исчезать и быстро растаяло, как облако, развеянное ветром. Артам вышел из оврага и направился к телам мертвяков. Над ними висели удерживаемые силой Иехиль духи и со страхом смотрели на приближающегося Артама. Он подошел, выбрал троих самых сильных и осторожно с помощью заклятия подчинения привязал их к своей ауре. От этого он почувствовал некое омерзение и решил побыстрее вернуться в город Мертвых и совершить процесс переноса духов в посох архимага. Однако затем его внимание привлекли три посоха, которые были крепко сжаты мертвыми руками трех личей. Они были гораздо слабее того, что остался на столе в плавильной мастерской, но Артам мог использовать их для временного размещения юшпи, чтобы не испытывать отвращение и нечистоту, связанные с низшими духами.
Он так и сделал. По очереди, с помощью своей воли и заклятия, Артам поместил юшпи в три посоха. Затем он остановился у тел и почувствовал, что ему жаль расставаться с этими верными слугами, но, похоже, дальше придется обходиться без зомби.
– Прощайте, верные слуги, и спите спокойно, – попрощался с ними Артам и, не оглядываясь, направился к повозке, где его ждали возница и два следопыта.
* * *
Арингил был в замешательстве. Под его ногами зияла глубокая яма, в которой, как он с ужасом осознал, находилась его возлюбленная. В кучах мусора ползали тифлинги, покрытые грязью и коростой. Лезть туда ему совершенно не хотелось. Из ямы исходил запах серы, и Арингил подумал, что это место действительно проклято и отдано демонам, как говорила бабка Агнессы.
Живых демонов Арингил никогда не видел, поскольку их миры не пересекались: он обитал наверху, а они – внизу. Единственным местом, где могли столкнуться ангелы и демоны, была поверхность Земли и мир людей на Земле, но Арингил, будучи молодым, не сталкивался с ними. Но, похоже, пришло время расплачиваться за свои ошибки, и Арингил решил действовать. Он первым спрыгнул на уступ, подхватил брюнетку и спустился на дно ямы, помогая спуститься и женщине. У его ног копошилась изможденная, голая и скрюченная от болезней тифлинг. Она протянула руку и взмолилась:
– Помоги мне, чистый.
– Оставь ее, – вмешалась брюнетка и встала между несчастной и Арингилом, но ангел, почувствовав жалость к бедняжке, отстранил брюнетку и присел рядом с изможденной женщиной. От нее воняло нечистотами, но Арингил терпел.
– Я не имею еды, женщина, – ответил Арингил, – но могу помочь тебе исправиться. Кем ты была и за что попала в эту яму?
– Я была служительницей Нарны, богини равновесия, но ко мне пришел архитифлинг, посланный Драконом. Он предложил высокое место и любого тифлинга в мужья. Я согласилась, и от меня потребовали затравить жрецов бывшей госпожи, изменить ей. Я засомневалась и, как видишь, была наказана за свое предательство. Я не смогла пойти против своей бывшей госпожи и была проклята.
– Раскаиваешься ли ты в своем предательстве? – спросил Арингил.
– Арингил, оставь ее, нам надо спешить, – настойчиво произнесла брюнетка. – Какое тебе дело до этой твари?
– Не твое дело, – спокойно ответил Арингил, даже не взглянув на нее.
– Раскаиваюсь, – истово зашептала женщина.
– Раз ты раскаялась, то скажи, хочешь ли ты продолжать служить своей прежней госпоже?
– Да, если она меня примет! – воскликнула тифлинг, в ее глазах вспыхнул огонь веры.
– Тогда – прощаются тебе твои прегрешения, встань и иди за мной, – произнес Арингил.
И на глазах ангела и брюнетки произошло чудо преображения. Тифлинг выпрямилась и очистилась от коросты. Она увидела, что голая, схватила из кучи мусора тряпку и обвязалась ею. И сразу тряпка превратилась в короткую синюю тунику. Арингил выпрямился и обратился к изумленной брюнетке:
– Показывай, где твоя внучка.
– Она у пещеры проповедует об Иле, она стала его голосом, – ответила пораженная увиденным брюнетка.
– Иди первой, – сказал Арингил, – показывай дорогу.
Женщина-тифлинг, непрестанно оглядываясь и окидывая преображенного тифлинга изумленным взглядом, двинулась вперед. Они прошли еще несколько шагов, и путь им преградили еще четверо сгорбленных старых тифлингов, без зубов и покрытых язвами проказы.
