– Вы знаете, Марина, я уже давно задаю ей тот же самый вопрос. Ее вообще теперь дома не бывает, она все время в редакции, все время! Ребенок растет как сорняк у забора, хорошо хоть бабушка есть, но у меня, между прочим, тоже работа, я сегодня еле отпросилась. Когда путч был, она три дня дома не появлялась вместе с Андреем, только звонила время от времени сказать, что жива еще. Можете себе представить, я чуть богу душу не отдала, валокордина, наверное, литр выпила.
– Ну все же обошлось, слава богу?
Но Светлана Ефимовна взобралась на своего любимого коня, выехала на давно проторенную дорожку и сворачивать с нее не собиралась.
– Нет, вы можете себе представить? Они тогда оба как с цепи сорвались. Только по радио передали – они сразу убежали, даже не позавтракали. Андрей – защищать. Ну хорошо, это пусть, он мужчина все-таки. Но Женя-то? У нее, видите ли, редакционное задание. А про ребенка она подумала? А про пожилую мать?
Марина снова задрала Грише рубашку и стала пальпировать живот.
– Так. Живот у нас вздут, похоже на кишечную инфекцию. Что вчера ел?
– Вчера и обедал, и ужинал дома: суп, гречневую кашу, а сегодня с утра уже ничего не ел… Нет, вы понимаете? Оба под танки, а мальчик потом сирота?
– Светлана Ефимовна, вы не представляете, как нам помогла Женя, она такое важное дело делает. Гриша, это я о твоей маме. Мы бы из этой коммуналки еще сто лет не выехали. Я Женю каждый день вспоминаю.
Светлана Ефимовна не нашлась, что ответить.
– Так Женя сейчас на работе?
– Да, в редакции. Она в другую газету перешла, какую-то новую, все забываю название – то ли «Бизнесмен», то ли «Спекулянт». Ребенок болеет, а она убежала, хороша мать. Ну сейчас, конечно, такие события, страна по швам трещит, вот-вот лопнет, а может, уже лопнула, пока мы с вами тут сидим, разговариваем… Но ребенок-то тут при чем, ведь и Андрея дома тоже не застать, у них в институте совместное предприятие с англичанами, он постоянно в разъездах.
– Ясно. А с Гришей у нас пока что лечение одно: клюквенный морс, чай или просто воду. Пить, пить и пить. Едим только сухари и рис. Завтра можно добавить бульон, но не жирный. От температуры – парацетамол. Если завтра не пройдет, добавим фуразолидон. Рецепт я вам на всякий случай выпишу.
Марина сложила стетоскоп.
– Все же очень жаль, что я Женю не застала. Я хотела попрощаться, еще раз ее поблагодарить. Я с Нового года перехожу в другую поликлинику.
– Да вы что! – всплеснула руками Светлана Ефимовна. – Как же так? А дочка ваша, она же в нашей школе учится?
– Наташа с этого года в новой школе, у нас там, в Ясенево. Конечно, не спецшкола, но зато близко от дома. У меня сил нет уже ездить, дорога занимает час в одну сторону. Я когда приезжаю, Наташа уже спит. Утром выезжаю – она еще спит. Я вообще ее не вижу, получается. А там у меня поликлиника прямо через дорогу, новая, на восемьсот мест, с физиотерапией, с бассейном даже. Но я, конечно, буду скучать.
Они переехали в свои тридцать семь благоговейных квадратных метров в Ясенево еще в августе: кухня шесть, Наташина комната девять, Маринина все тринадцать, но самое главное – санузел в их исключительном, единоличном пользовании. Сидишь, на троне, как императрица, – и это было такое счастье, что Марина до сих пор не могла поверить. Никаких банных дней, никаких дежурств в общественных местах. Никаких соседей.
Только теперь были нужны деньги – во-первых, сам переезд обошелся недешево, а во-вторых, комнат у них теперь было две, и Марина мечтала купить в свою чешскую стенку. Она брала полторы ставки, страшно уставала и даже еще не успела до конца разобрать все коробки и навести уют. Единственное, что она сделала заранее – купила елку, как только около метро появился елочный базар. И уже нарядила ее с Наташей.
В тот день Наташа тоже не пошла в школу: добаливала простуду. В принципе, можно уже было и вернуться, но Марина решила, что пусть уж посидит остаток недели дома, чтобы перед Новым годом ничего не подхватить. Это будет их первый Новый год на новой квартире.
К Наташе в этом году Дед Мороз наведался пораньше – на прошлой неделе она получила весточку от Аси, и даже не одну, видимо, конверты где-то потеряли из-за путаницы со старым адресом, а потом нашли все сразу. Позвонила Надежда Яковлевна и сказала, что пришло несколько писем и посылка, нужно приехать забрать.
