И вот в конце дня, как только я забрала сына из садика и тащилась с пакетом еды домой, прямо у подъезда нас встретил Всеволод, которому я обещала разговор. Не думала, что этот момент наступит так быстро.
Пришлось отвести Ваню к соседке, Лара снова закатила глаза, сказав, что Рогожин мне не пара, я ответила, что она, как всегда, права.
– И не называй меня Севой, ты знаешь, я этого не люблю.
– Всеволод, куда мы едем и зачем? Поговорить могли в машине, – последние капли терпения испаряются, как на раскаленном утюге.
– Ты слишком напряжена, и да, я подумал и сделал выводы, что в наших отношениях не так.
– У нас нет отношений, это ты понимаешь?
– Глупости.
– Но это так.
– Мы приехали.
Машина тормозит, смотрю вперед, накрывает легкая паника, сжимаю холодные пальцы в кулак.
«Анис» – яркие неоновые зеленые буквы на черном фоне и тонкий орнамент рисунка из такого же неона.
Это шутка такая?
– Нравится? Пойдем, я забронировал столик.
– Давай поговорим здесь, я не голодна.
Смотрю на приборную панель: время – семь вечера.
– Оль, ты чего? Все хорошо? Малыш, почему руки такие холодные? Пойдем, у меня для тебя сюрприз.
Не люблю я сюрпризы. Нет, Шахова там еще нет, а если и появится, можно ускользнуть, затеряться. Может, он вообще не придет – все же такие в жопу деловые.
– Идем.
Рогожин тащит меня из машины, в сознании полный раздрай. В гардеробе отдаю пальто, следуем за официантом на второй этаж, оказывается, ресторан там. Садимся за столик, нервно оглядываюсь по сторонам, не замечая красоту дизайна. Небольшие колонны, живые цветы, приятная музыка, все бы было хорошо, если бы не это место. А может, «Сайгон» – это другой ресторан?
– Я сделал за тебя заказ, ты не против? Мой шеф говорит, что здесь после переименования и ремонта кухня осталась та же и шикарная рыба.
– А как это место называлось раньше?
– «Сайгон».
– Интересно, – вновь оглядываюсь, кроме нашего заняты еще три столика, все на вид приличные люди, Шахова нет. – Так что ты хотел сказать?
Надо быстрее отделить мух от котлет, как любил говорить отчим, и валить домой. Выпью чай с ромашкой, почитаю Ваньке сказку и уйду в нирвану сна.
– Оля, ты невероятная девушка, – Сева хватает меня за руку, заставляет смотреть на себя. Голубые глаза, русые, идеально зачесанные волосы, рубашка, галстук, он точно с работы, но я вообще не помню, чтобы видела его в чем-то другом.
– Спасибо.
– Я вчера немного вспылил, узнал, что такое ревность, думал, мне это несвойственно. Решил, что ты была с другим.
– Я…
– Подожди, не перебивай, пожалуйста.
Вот нет бы сразу сказать, что да, мол, я была с другим, точнее, с другими, трахалась в высотке, царапая ногтями стекло, кончала, просила еще. Нет, я лишь подумала об этом и уловила, что что-то изменилось, вот сейчас, в эту самую секунду, когда Сева держит мою руку и смотрит в глаза.
Когда я стала такой сукой?
– Хочу предложить жить вместе.
Поворачиваю голову налево, там громкие голоса, яркое красное пятно, чуть отклоняюсь в сторону. Фокусирую взгляд, официант мешает, но когда он отходит, задерживаю дыхание, слыша лишь шум в ушах.
Это он.
Клим Шахов.
Черная рубашка, закатанные по локоть рукава, расстегнутая верхняя пуговица, с ним блондинка в красном пиджаке и облегающих брюках. Та самая, что была на вечеринке, чья ладонь лежала на его спине.
Делаю вдох через зубы, наполняя легкие воздухом, а они горят огнем. Парочка садится за столик в углу у окна, между нами примерно метров десять, горшок с деревом и два столика.
Сука, везет мне как утопленнику.
Привет, Федор Петрович, ваши высказывания так мне помогают жить и не сдохнуть.
– Оля? Оля, все в порядке? Ты как-то побледнела.
– Что? А, да, все хорошо. Прости, о чем ты говорил? Я не расслышала, в голове шум.
Это не шум, Оля, это мозги твои кипят, вот как надо было говорить, а не врать.
– Я предложил жить вместе. Я, ты, Ванька.
– Вместе?
Официант слишком быстро приносит заказ, наливает нам по бокалу шампанского, хватаюсь за хрупкое стекло, хочется выпить залпом, но я держусь.
– Да, что скажешь?
Хочу сказать, что идея хреновая, но снова молчу, отклоняюсь назад, наблюдая за Шаховым и его спутницей. Девушка льнет к его груди, он не против, блондинка без пиджака, в белом топе, ладонь мужчины лежит на ее обнаженном плече.
Я немного покопалась в интернете, чтобы узнать, кто такой Корнев и чем занимается, не сказать, что удивлена, это ожидаемо. Богатый, успешный, несколько компаний, заводов, в основном направление на тяжелую промышленность и оборудование для нефтянки.
Женат, имеет сына и дочь – Алису Корневу двадцати трех лет, которая именно сейчас смеется, а потом облизывает пухлые губы, чуть ли не забравшись на колени взрослого мужика.
Становится мерзко.
Делаю глоток шампанского, наконец обращая внимание на Всеволода, тот недоволен, смотрит в угол зала, пытаясь понять, что я там нашла интересного.
– Нет.
– Что «нет»?
– Мы не будем жить вместе.
– Почему?
– Ты сам не понимаешь почему? А почему от тебя ушла жена, Сева? Не потому ли, что ты слишком идеальный? Но это не так, ты… ты… – не могу подобрать слова, чтобы не обидеть. Хотя какого черта?
