Остановившись на полукруглом, наружном крыльце, ведущем к деревянной террасе, а оттуда, в холл, Джастин рассматривал прекрасные и изысканные, мраморные фигуры у входа, приветливо простирающие руки с зажатыми в них канделябрами, сейчас, в разгар дня, не зажженными.
Дом был прекрасен и Джастин это признавал, но этому грандиозному строению никогда не воссоздать атмосферы быта и общей, спокойной гармонии, которая царила в довоенное время на Юге: много пафоса в оживших красках пестрых волн, заливающих просторные коридоры и широкую парадную лестницу, ведущую на второй этаж. Помпезное, королевское убранство дома, не давало Джастину сдвинуться с места. Холл, с колоннами, с куполом над большой залой, расписанной античными фресками и, до блеска, натертым паркетом, с причудливым орнаментом, притягивал его взгляд и он, неосознанно, крутился на месте, погруженный в дерзкие всполохи памяти о своем разрушенном поместье в Техасе, которое, когда-то, так же завораживало любого вошедшего, как и это место. Но, все же, размах, с которым был выполнен интерьер нового дома Гейта, не шел ни в какое сравнение с тем, что осталось в прожитых годах, застывших в голове Калверли. Лакей тихо кашлянул и Джастин, беспрекословно последовал за ним, наслаждаясь общим, спокойным впечатлением, тихим и цельным. От всех предметов и комнат этого большого, серьезного и массивного дома, от картин, портретов и стен, и от сада, зеленеющего за высокими окнами - веет какой-то особенной, сосредоточенной думой, тихим и ласковым мотивом. Если бы Джастин не знал, чей это дом, то, он бы почувствовал, как ему неумолимо хочется работать и мечтать, читать длинные книги, грезить о далекой дороге, вспоминать о прошедших днях и любить одного человека, живущего с ним под одной крышей. Но не было в этих стенах знакомой атмосферы тех капитанских покоев, в гарнизоне Эллингтона, того, бешеного накала страстей и той, пылающей любви, вместе с которой канули в горестную пучину и все остальные чувства, кроме усталости и раздражения.
Каждый дом и каждое жилье имеет свой определенный, почти человеческий характер; в каждом думаешь, живешь и чувствуешь по-разному и здесь, Джастин смог бы забыться, привыкнуть к многочисленным коридорам и просторным светлым комнатам, через которые вел его слуга, если бы это место принадлежало кому-нибудь другому. В доме Гейта все чудится - жизнерадостной веселой улыбкой, беспечного времени и прихотливых идей; коридоры, полны дивных, английских и французских гравюр, хороших старых копий с семейных портретов, в позолоченных рамах. И на каждом шагу, в каждой комнате, кажется, будто присутствие незримого хозяина отягощает Калверли и не дает вздохнуть полной грудью: сердце медленно било в грудь, а воздух был густым, пряным и кружащим голову.
