Простата пульсировала, и каждый толчок по ней вынуждал Джастина все смелее и нетерпеливее насаживаться на член Кристофера, который сильнее подтягивал его за бедра, делая проникновение настолько глубоким, что у Джастина вырывался лишь тихий хриплый скулеж. Задыхаясь от едва терпимой боли, Джастин вслепую скользнул рукой в его густые волосы, похожие на тяжелый шелк, зажатый в ладони: Кристофер зло вскрикнул за его спиной, но руку, с силой сжимающую его короткие волосы, скинуть не смог.
Вжавшись щекой в пол, Джастин опустил вторую руку к своему члену, с которого редкими каплями падали на пол жемчужные искры. Дрожащая от напряжения рука начала жестко двигаться по всей длине ствола, в надежде получить быстрое облегчение от этой вибрирующей тяжести, ощутить бархатистый раскат оргазма, ласковую влагу, извергающуюся из его набухшего члена. Джастин, безвольно сотрясался под грубыми ударами и, выпустив волосы Гейта, оперся рукой о скользкий пол, чувствуя себя так, словно он двигался ощупью в темноте, не представляя, что именно творит его тело, которое, дрожа в накатывающем оргазме, извивалось под терзающими прикосновениями.
Джастин, наконец-то, ощутил столь исступленное блаженство, принесшее долгожданное облегчение, когда горячая волна, блуждающая все это время по телу, достигла вершины; отверстие раскрылось, и из него начала сочиться густая жидкость, стекая по пальцам и мягко обволакивая горячую ладонь Джастина. Еще несколько глубоких ударов и Джастин услышал хриплый, сдавленный вскрик Криса за своей спиной, вырвавшийся из самых глубин его души; страсть дикого зверя, поймавшего свою жертву. Горячий поток обжег растерзанное нутро Джастина, вызвав дрожь, слишком сильную, чтобы быть приятной или терпимой, отчего он, просто взвыл, резко сделав выпад вперед, вырываясь из ослабевших жестких рук.
- А ты говорил, что не сможешь получить удовольствие. – Сказал Кристофер, поднявшись на ноги, язвительно глядя сверху вниз на скривившегося, в болезненном спазме, Джастина. – Теперь можешь идти куда пожелаешь, в пределах этого дома, разумеется.
- Что ты имеешь в виду? – прохрипел тот, держась рукой за живот, откуда резкими ядовитыми червями, расползающимися по телу, перемещалась острая боль.
Джастин все еще ощущал от своей кожи туманно-мускусный, сладко-древесный запах сандалового масла, тяжелый, но не настолько, чтобы перебить металлический, резкий запах крови, медленными каплями, падающей с окровавленного члена Криса.
- Из дома ни ногой. – Небрежно и безразлично отвечает тот, поднимая с пола баночку с маслом и закрутив крышку, прячет в ящик, не глядя на, сжавшегося у его ног, Калверли.
- Если понадобится, я выбью окна, выломаю любую дверь, но выйду наружу, Крис. – Ответил тот, с трудом поднимаясь на ноги, но не в силах выпрямиться полностью, Джастин схватился одной рукой за спинку дивана, но на обескровленном лице его не дрогнул ни единый мускул, однако резкая боль в кишках вызвала у него звон в ушах, а комната водоворотом закрутилась перед глазами.
- Если понадобится, я поставлю на них решетки, а на тебя надену кандалы, Джастин. – Пресек его Кристофер, неопределенно махнув рукой в сторону окна, и Джастин неосознанно вздрогнул от этого резкого движения. - Тебе же не впервой быть рабом, так ведь? Наслаждайся.
Обретенные, из иного источника, смелость и уверенность в себе, пробужденные долгожданной встречей с родной душой, теперь держались, вопреки желаниям Гейта и Джастин, сорвавшись на визг, рычание раненого, измотанного животного, смело выкрикнул:
- Да, ты прав: я уже давно привык, стерпелся с этим! Но это не твоя заслуга. Ты – не он! - Зло шипит ему в лицо Джастин, выпрямив затекшую спину, оставив боль за порогом своего сознания. - Власть – вот основное наслаждение, но правишь здесь не ты.
Калверли видит, что теперь, стальные глаза молодого хищника поблескивают сдерживаемой, сокрытой до поры угрозой, потому что Джастину не нужно было уточнять о ком именно идет речь. Он одержал первую победу на пути священной мести, ведь мысли о Алексе Эллингтоне, так же часто посещали голову Гейта за эти годы, как и мысли самого Джастина, который знал, что столкновение этих двух мужчин неизбежно приведет к смертельно опасной игре, где останется только один победитель.
- Убирайся к себе, Джастин. – Крис задрожал от злости и заскрежетал зубами; он не мог перенести столь сильного потрясения. Протянув руки и схватив Джастина за плечи, впившись в его плоть ногтями, он, тяжелым движением, отшвырнул его к двери и, услышав громкий вопль, ухмыльнулся, наблюдая за тем, как Джастин, ударяясь истерзанным телом о дверь, сползает вниз на подкосившихся ногах. – Я не выпущу тебя, хватит этих ночных пропаж, хватит бегать, Джей. Я все равно найду тебя.
