Они ворвались в комнату старшей сестры без стука. Клара лежала на кровати. Окна были плотно зашторены, вдобавок, девушка прикрывала глаза рукой.
Виолетта вскарабкалась на кровать.
— Мама и папа зовут тебя.
— Я предаюсь печали, — отозвалась Клара раздраженно. — Уходите.
— Что такое печали? — поинтересовался Себастьян. Он тоже забрался на кровать и дергал старшую сестру за рукав.
— Вам не понять, малявки. Уходите.
— Дядюшка едет, — пропела Виолетта. — Пора спускаться вниз. Мама все украсила и испекла пудинг.
— Подумаешь, — пробормотала Клара.
Ее мать точно услышала ее негромкий голос. С первого этажа раздался крик:
— Клара Стерлинг, спустись немедленно! Мне нужна твоя помощь.
— Вот какой от вас толк, если вы не можете помочь матери, — напустилась Клара на брата с сестрой.
Но близнецы ничуть не обиделись на ее несправедливый упрек. Они скатились с кровати и бросились из комнаты. Клара мрачно слушала их топот, когда они бежали вниз по лестнице, и завидовала безмятежной радости пятилетних детей.
Наконец она встала, переоделась и тщательно расчесала волосы. В глубине души она была рада приезду дяди Родерика. С самого детства она была привязана к нему. С кузеном Генри у нее тоже были неплохие отношения, до того момента, как он стал работать в редакции отца. Потом он попросту зазнался. Клара тоже решила показать характер. Потому и отправилась в Гильдию. И вот как все закончилось!
Когда Клара спустилась в гостиную, она увидела, что длинный обеденный стол уже накрыт белоснежной парадной скатертью. Миссис Стерлинг поставила на стол два букета с глициниями. Клара приблизилась к матери с мрачным выражением лица и взяла из ее рук поднос со столовым серебром.
— Долго еще будешь дуться, пампушка? — поинтересовался отец, протирая очки. — Мы тебе чем не угодили?
— Я сама во всем виновата, — буркнула Клара, расставляя приборы. — Столько лет потратила зря.
— Да разве зря, — бойко отозвалась мать. — И потом, еще не поздно взяться за ум. Ты можешь выйти замуж…
— Ох, матушка! — взорвалась Клара, однако звон дверного колокольчика оборвал ее гневный возглас.
— Пришли! — обрадовалась миссис Стерлинг.
— Я открою, — сказал отец Клары и пошел к двери.
Близнецы бросились за ним. Клара закончила раскладывать приборы и выпрямилась. Она слышала веселые голоса в холле, но не двигалась с места. Генри появился в гостиной первым.
— Добрый день, тетушка! — звонко проговорил он и поцеловал мать Клары. Потом он шагнул к кузине. — Привет, сестренка.
— Генри, милый братец, — отозвалась Клара и подставила щеку для поцелуя. — Выглядишь прекрасно.
Генри и впрямь выглядел как настоящий франт. Он унаследовал женственную внешность своей матери: был розовощеким и голубоглазым, с кудрявыми каштановыми волосами. Его отец, который вошел в сопровождении отца Клары и племянников, облепивших его с двух сторон, напротив, отличался очень мужественной красотой. Это был высокий статный джентльмен с чеканным профилем. Темные волосы уже были тронуты сединой, но зеленые глаза оставались ясными и проницательными.
Родерик обнял сестру и подошел к племяннице.
— Добрый день, дядюшка, — сказала Клара быстро.
— Добрый. Я слышал, из Гильдии Мастеров ты ушла.
— Все верно.
— К добру ли это?
Клара пожала плечами. Миссис Стерлинг поспешно пригласила всех за стол и принялась разливать по тарелкам острый рыбный суп. Завязалась неторопливая беседа на скучные темы. Клара не принимала участия в разговорах. Генри то и дело бросал на нее лукавые взгляды, но она стоически их игнорировала. С двенадцати лет между ними шла немая борьба за успех, и Клара сознавала, что сейчас она проигрывала.
После супа на столе появился ростбиф, и все вновь расхваливали кулинарные способности миссис Стерлинг. Наконец подали малиновый пудинг, которого так ждали Себастьян и Виолетта, и Клара отправилась варить кофе.
Когда она поставила чашку перед дядюшкой, Родерик взглянул на племянницу и прямо спросил:
— Почему ты ушла из Гильдии?
— Они все с ума посходили, — отозвалась Клара, удерживая поднос с чашками одной рукой. — Да и вы в «Окулусе» не лучше.
— Клара, — предостерегающе сказал отец, но Родерик поднял руку.
— Ты об этой девочке, подруге своей? Поверь, я знаю, что эти обвинения абсурдны. Но мы газета, а не инспекторы полиции. Как только с Лины Вестфилд снимут обвинения, я сам с радостью напишу об этом.
— А я здесь с Кларой согласен, — подал голос Генри. — Пусть доказательств у нас нет, но высмеять королевскую службу мы могли бы.
— А разве это не то, что мы всегда делаем? — добродушно отметил Родерик.
Клара, сбитая с толку неожиданной поддержкой двоюродного брата, все же не хотела легко расставаться с раздражением, которое копилось в ней уже несколько дней.
— Вот ты, дядюшка, всегда говорил, что настоящий журналист должен расследовать. А вы в вашей газете сейчас точно ждете объедок с королевского стола.
— Ох уж эта девчонка! — возмутился отец Клары, но Родерик и Генри только рассмеялись. Миссис Стерлинг покачала головой, а Клара закончила разносить кофе и вернулась на свое место.
