Повисло неловкое молчание. Лина жалела о том, что так нетактично отозвалась о семье Рэя. Наконец Вилл прочистил горло.
— Пойдемте в замок. Нет смысла сетовать на бредни обывателей. Лина, тебе вообще не помешает поспать. Я видел, как ты раскидала солдат.
— Ты колдовала? — недоуменно спросил Рэй.
— Разумеется, — протянула Лина. — Я же все-таки из магического рода Вестфилд, который в родстве с самими Блэкторнами.
— Виллард, — прошипел Рэй. — Неужели так трудно держать язык за зубами! Что еще ты рассказал?
— То, что ты влюблен в нее, — охотно признался Вилл.
— Что за бред!
У Лины вытянулось лицо.
— Не надо так остро реагировать, — сказала она уязвлено.
Ответом ей был красноречивый взгляд. Вилл сиял, как начищенная монета. В конце концов, Рэй махнул рукой и направился в замок. Лина и Вилл последовали его примеру. Перед тем как шагнуть внутрь, Лина повернулась и бросила еще один взгляд на ночное небо. Грозы было не миновать.
В ту ночь Лина так и не вернулась в комнату Гвендолин. Вилл затопил камин в кабинете преподавателя метаморфоз. Втроем они сидели у огня, и Рэй рассказал о том, как вернулся в особняк и понял, что на него уже расставлены ловушки. Леди Шарлотта Блэкторн объявила себя новой главой ордена. Все, что ей требовалось теперь, — это заполучить ключ Привратников.
— Но она получит его только через мой труп, — сказал Рэй в заключение.
— Как жизнерадостно, — пробормотал Вилл. — Очень уж странные отношения в вашей семье. Впрочем, что взять с клана, который обожает траурную одежду.
Через несколько минут Вилл поднялся и заявил, что отправляется спать. Лина сидела не шелохнувшись, когда Рэй наконец перевел на нее взгляд.
— Полагаю, у тебя много вопросов, — сказал он вполголоса.
— Ты знал? Знал с самого начала, что моя семья как-то связана с твоей?
— Догадывался.
— И почему не сказал мне?
— Я не был уверен, что нужно это делать.
— Неужели, — холодно заметила Лина. — Когда это что-то хорошее получалось из вранья.
На пару мгновений глаза Рэя задержались на ее лице.
— Лина, если я попрошу дать мне немного времени… Пока все не станет ясно мне самому. Ты согласишься?
Лина фыркнула.
— У меня есть выбор?
— Да. Но я прошу тебя.
— А как много знает Вилл?
С губ Рэя сорвался смешок.
— Больше, чем мне хотелось бы.
— И ему ты доверяешь?
— Я и тебе доверяю! — взорвался он вдруг. Лина отшатнулась в смятении. Рэй с усилием выдохнул. — Не вини меня в том, что мне хочется немного оттянуть момент, когда ты меня возненавидишь.
Повисло молчание. Лина смотрела в одну точку.
— Светоч Крэссиды во дворце, — сказала она наконец. — И, неизвестно, кто на самом деле напал на Веронику. Такое ощущение, что интриги плетутся вокруг самой королевы. А я им нужна потому, что как-то связана с тобой. Или, лучше сказать, со всеми вами. Блэкторнами. Что ж, этого пока достаточно.
Она вскочила с кушетки, и Рэй поднялся вслед за ней. Ее лицо вдруг оказалось в его ладонях, и прежде чем Лина успела слово вымолвить, Рэй склонился и поцеловал ее.
Все произошло так быстро и неожиданно, у Лины попросту не хватило времени обдумать, что она делает. Она оттолкнула Рэя и влепила ему пощечину. Лорд Блэкторн воспринял это стоически, а вот Лину охватило раскаяние.
— Прости, — выдохнула она. — Рэй, прости, пожалуйста. Не знаю, что на меня нашло.
— Ничего страшного, — сказал Рэй, потирая щеку. — Я сам виноват.
Они переглянулись и улыбнулись друг другу. Когда спустя пару часов Гвендолин нашла Лину и позвала завтракать, у Лины все еще был рот до ушей.
«Все-таки, без моего вмешательства дело не обойдется».
Дорога была ухабистая, и дилижанс постоянно подпрыгивал на кочках. Шарлотта смотрела в окно, но ее мысли витали далеко, и она едва замечала буйный восхитительный пейзаж королевского юга. Вынужденное путешествие не доставляло ей радости, но отказаться от него было невозможно. После бегства Рэйдена Вероника вызвала к себе Привратников во главе с Шарлоттой и со всем присущим ей красноречием выразила свое недовольство. Королева была возмущена тем, что один из древних магических родов поддержал преступницу, покусившуюся на жизнь царственной особы. Леди Блэкторн выслушивала обвинения с непроницаемым выражением лица и не торопилась их опровергнуть. Но даже это хладнокровное молчание тяжело ей давалось. Всякий раз, когда Шарлотта оказывалась во дворце, ее самообладание трещало по швам, и она горела желанием покончить с глупой затянувшейся комедией. И облик Вероники, ее глупое поведение, ее заносчивость только усиливали досаду Шарлотты.
— Мы понимаем, леди Блэкторн, что ваш племянник действовал по собственному разумению. Его личные мотивы загадка для нас. Но все же он глава вашего ордена! Что станет с вами теперь, когда ваш лидер осмелился на подобное безумство! Это ненамного лучше измены!
Шарлотта позволила королеве закончить ее страстный монолог и улыбнулась.
