К деньгам, следует заметить, Игорь относился весьма аккуратно. В силу глубины его познаний в области охраны информации в компьютерных системах, к нему ещё со студенческой скамьи часто обращались серьёзные люди за консультациями и хорошо платили за них. Это даже при небольшой зарплате научного работника позволяло, во-первых, не стесняться в расходах, а во-вторых, поместить остаток средств на депозиты, что приносило неплохой дополнительный доход. О нём не подозревала даже бабушка, уверенная, что государство по достоинству оплачивает то, чем занимается её высокообразованный внук.
Как-то Игорь прикинул, что если бы он лишился по каким-то причинам работы, наличие банковских вкладов и лежащих в глубине ящика письменного стола долларов позволило бы ему несколько лет существовать совершенно безбедно. Сейчас он по-новому обдумал эту ситуацию и дважды подчеркнул взятое в рамки слово «Деньги». К этому стоило вернуться позже на другой философской основе.
Игорь был уверен в том, что бабушке удалось вырастить из него интеллигентного человека, занятого, хотя и специфическим, но уж точно созидательным трудом. Однако, при этом он совершенно не находил в себе бойцовских качеств, позволяющих в любой ситуации сохранять собственное достоинство. У себя в отделе он всегда избегал конфликтных отношений, никогда не мог отказать кому бы то ни было в помощи решить очередную задачу, написать статью, съездить в совершенно бесполезную командировку. При этом большая часть бюджетной тематики, обеспечивающая зарплату всему коллективу, также висела на нём, и, собственно, выполнялась только благодаря ему лично и помощи небольшого окружения.
Вот и последние несколько месяцев он вынужден был выполнять работу, суть которой состояла, по сути, в написании диссертации своему непосредственному начальнику. Это было неправильно, у него было полно своих нерешённых задач, но найти в себе мужество сказать «нет» или «извини, я занят» как-то не доставало. Таким образом, вокруг было много приятелей, но не было ни близких друзей, ни явных или скрытых врагов. Лишь некая робкая тишь да благодать, скрывающая, по сути, отсутствие в человеке характера. Такую правду было грустно осознавать даже находясь наедине с собой.
Игорь допил остывший кофе и приготовил ещё одну порцию напитка, рассматривая дальше схему, нарисованную на стандартном листе бумаги для принтера. Что значит ситуация, при которой у человека нет врагов? Не смертельных, конечно, как это бывает в романах, а тех обычных, не вполне, скажем, расположенных к тебе людей, чьё желание надеть на тебя уздечку чужих забот сталкивается с нежеланием человека ощутить себя в качестве ездового животного.
Игорь вспомнил, как месяц назад его пригласила в ночной клуб новая сотрудница. Ирина только что окончила университет, была умна, изящна и красива какой-то просто невероятной, экзотической красотой. Он явно был интересен ей, и, узнав, что молодому доктору никогда не приходилось бывать на дискотеках, она предложила присоединиться к их компании. Но Игорю нужно было срочно дописать программу для одного из своих коллег, и он с сожалением отказался. Девушка была удивлена, услышав причину отказа. Она внимательно посмотрела на него, он отметил при этом, что ещё никогда не встречал таких прозрачных серых глаз, и сказала:
– Игорь Павлович, вы меня извините, ради Бога, если я по молодости лет изъяснюсь не достаточно деликатно, но, по-моему, на вас ездят все, у кого только появляется такое желание. Вам, что, своей работы мало? Зачем вы позволяете грузить вас чужими задачами? Знаете, это как-то не по-мужски, вот так отказать девушке, сославшись на пустяковую причину.
Она ушла, а Игорь даже спустя несколько недель после этого испытывал чувство неловкости, сталкиваясь в институте с девушкой по разным поводам. Ирина была ровна с ним, по необходимости обращалась за помощью, но огонёк интереса в её глазах угас, и она больше не предлагала встретиться вне рабочего времени.
Вывод из этого анализа напрашивался один: нельзя впредь позволять, кому бы то ни было, использовать его для решения посторонних проблем. Это может многим не понравиться и, прежде всего, непосредственному начальнику, который, кстати, лет десять назад был всего лишь его сокурсником. Хотя, следуя логике, ему лично кроме душевного дискомфорта это ничем не грозило: уж больно ценным и квалифицированным работником он был.
