Перед ними вновь появился мост.
В реальности прошло всего несколько секунд.
Клайд был недвижим. Он успел спрыгнуть с парапета и намеревался броситься на них, чтобы высосать мозг из костей. Сейчас он с безумным упорством смотрел в пустоту. Заклятие сработало. Они развернули его последовательное парализующее заклинание. Застряв в другом мире, он отсутствовал в этом.
На кончиках их жезлов вспыхнула магия.
– А теперь, – выдохнула Рен, – давай его добьем.
Они одновременно выпустили огненные заклинания. Яркие сгустки огня поразили его неподвижную грудь. Когда боль возвратила Клайда к реальности, было уже поздно. Пламя охватило его, сжигая плоть, проникая все глубже и глубже. Вскоре они увидели под его кожей яркие кости, но не перестали посылать огненный шар за огненным шаром. Вурдалак, гнавшийся за ними через горы, – убивший всех их друзей, – превратился в пепел и обгорелые кости.
– У нас получилось!
От облегчения она даже не заметила первого брата Мэки. Он кинулся прямо на Тео, который стоял чуть боком и не видел его броска. Заклинание так быстро не сотворить. Она прыгнула на нападавшего. Ее плечо врезалось ему в бедро и немного сбило с траектории. Нож, который должен был вонзиться Тео в центр спины, сместился наружу.
Он вскрикнул, а Мэки развернулся на ходу, схватил Тео за шиворот и ткнул ему ножом в живот. Рен подняла свой жезл в виде подковы.
Братья Мэки не были близнецами, но умерли они совершенно одинаково. Ее заклинание могучей волной отбросило его от Тео. Он взлетел на воздух и исчез за парапетом моста. Затихающий крик и далекий удар – а Рен уже стояла на коленях перед Тео. Его лицо было белым, словно мрамор. Из обеих ран хлестала кровь. Глубокая колотая рана рядом с правой лопаткой и менее глубокая – на животе. Ее заклинание не позволило Мэки уколоть ножом на всю длину лезвия, но кровь все равно текла обильно. Без магии ее так просто не остановить. По запачканному подбородку Тео текли слезы. Он громко застонал:
– Рен. Помоги. Рен, очень больно.
Перед ее глазами пронеслась череда картинок. Один из вариантов, который она просчитывала по дороге к мосту. Самый плохой. Рен инстинктивно готовилась к любому развитию событий. Она понимала, что сможет вернуться домой, даже если Тео умрет. Они связаны магическими узами. Его родственникам она может сказать, что они заключили тайный брак. Бруды будут сопротивляться, но она будет претендовать на вдовство – а со временем и на наследство. Оспорить ее претензию никто не сможет – никто ведь не пережил этот поход через леса. Это будет самый быстрый путь к деньгам и власти – быстрее, чем любой другой.
Но тут Тео снова застонал.
В ней запустился какой-то внутренний механизм. Где-то в груди развернулись связывающие их узы – эта новая для нее магия. Ее охватила и подмяла под себя сила, которой невозможно было сопротивляться. Сила, состоящая в равной степени из жалости, милосердия и логики. Ей была непереносима мысль, что Тео умрет. Ее разум вновь переключился в режим выживания.
– Заклинания. Надо подумать. Какие заклинания?
Из-под прижатой к ране ладони текла кровь. Она заливала рубашку. Тео дышал неровно и поверхностно.
– Рен. Пожалуйста. Повязка Кон… Коннери. У меня есть это заклинание. С курса анатомии.
Его слова дополнили картину, формирующуюся перед ее мысленным взором. Все верно, но начать надо с другого.
– Нет, не повязка Коннери. Сначала нужно применить очищающее заклинание Окли. Снижает риск инфекции. У тебя… возможно, у тебя повреждены внутренние сосуды, а повязка Коннери просто закроет рану, но не остановит кровотечение. Нужно… диагностическое заклинание, чтобы выявить повреждения. Затем я использую заживляющее заклятье Хагланда, чтобы дать толчок к их устранению. И только потом – повязку Коннери, чтобы закрыть рану.
Кровь Тео окрашивала красным настил моста.
– Хорошо. Так и сделай, Рен. Так и сделай.
