Восковую модель окружал ряд деревянных стульев. Рен больше четырех лет регулярно приходила сюда вместе с Тиммонс, Корой и Ави. Время от времени к ним присоединялся еще кто-то – но они четверо пользовались этим порталом постоянно. Иногда они ждали молча, повторяя материал перед экзаменом. Бывало, едко обсуждали самых нелюбимых преподавателей. Они были друзьями поневоле, связанными тем фактом, что они никогда не станут до конца своими в академии.
Войдя внутрь, Рен сразу почувствовала, что их обычная комфортная атмосфера нарушена двумя чужаками. Ави и Кора уже зажгли свои свечи. Свеча Коры горела на самом краю карты. Ави жил на юге Катора, рядом с портом, где работала мать Рен. Он сидел на стуле, скрестив на груди мощные руки. Если бы взглядом можно было убить, шея Тео Бруда уже давно была бы сломана.
Судя по виду Коры, она не понимала, что тут делают эти двое. Рен знала нелюдимый характер девушки, и ей представлялось крайне сомнительным, что та присутствовала на вчерашней вечеринке. Вполне возможно, что она понятия не имела о произошедшем несчастном случае. Однако она была далеко не глупа и наверняка чувствовала повисшее в воздухе напряжение. Рен заметила, что она грызет ногти.
Тео и Клайд разговаривали, как будто они были одни. Подобно всем людям их круга, они везде чувствовали себя как дома, мгновенно делая занимаемое пространство своим и даже не предполагая, что кого-то при этом ущемляют. Тео даже положил ноги на модель города, уперев в восковой канал каблуки ботинок, состаренных по последней моде. Свечи двух молодых богачей горели на одной улице Верхнего города – их дома находились по соседству. Рен это название раздражало с тех пор, как она выяснила его происхождение. Верхний город не располагался к северу от Нижнего и не был физически выше его. Он был назван так просто потому, что у живших там людей было больше денег, – считалось, что он превосходит Нижний город. Она видела, что оба парня живут в Тихой гавани – богатейшем из этих богатых околотков. За все время ее учебы никто ни разу не телепортировался в эту часть города.
Рен обошла макет города и сняла с подставки длинный железный прут для розжига свечей. Она коснулась им своей обычной свечи на Степфаст-стрит, возле одного из рынков. Тиммонс повторила ее движение, установив собственную связь с тем же самым местом. Рен видела, что она старалась вести себя как можно незаметнее, но у нее ничего не получилось – незаметность не входила в список ее талантов. Клайд поднял взгляд и ухмыльнулся, увидев, что Тиммонс сидит напротив него.
– Тиммонс. Развлеклась вчера вечером? Качественный продукт, нет?
Рен уже и забыла, что это Клайд утащил ее подругу в заднюю комнату. Это означало, что именно Клайд угостил ее драконьим дыханием. Что ж, неудивительно. Винтерсы нажили состояние на легальных лекарственных средствах. Нетрудно было представить, что у их обожаемого сыночка есть доступ к менее публичным направлениям их семейного дела.
– Я даже утром еще искры видел, – сказал Клайд. – Если что, обращайся.
Тео с мрачным видом слушал их диалог. Возможно, тема разговора напомнила ему о недавней унизительной ошибке – а может быть, он просто еще не отошел от похмелья. Заметив, что Рен наблюдает за ним, он смерил ее быстрым взглядом и отвернулся. Его безразличие ударило ее прямо в сердце. В ней опять закипела злость. Она попыталась придумать, что бы такое сказать, чтобы привлечь его внимание, – но тут подал голос Ави.
– Можешь убрать ноги с воска? – спросил он. Его руки по-прежнему были скрещены на груди.
Тео взглянул в его сторону. Ави был известен. Даже знаменит. Но это не значило, что они были людьми одного круга.
– Портал все равно сработает как надо, – ответил он. – Мои ботинки этому никак не помешают.
Ави выпрямился.
– Это неуважение.
Тео улыбнулся – с таким самодовольством, что Рен захотелось каким-нибудь заклинанием стереть эту улыбку с его лица.
– Неуважение к кому? Художнику, который сделал этот макет? Его зовут Готен. Друг семьи. Могу тебя заверить, что он не обидится. Кроме того, этот воск повредить невозможно. Он зачарован.
– Это неуважение к нам, – уточнил Ави. – Носок твоего ботинка упирается в здание завода, где работает мой отец. Я был бы признателен, если бы ты убрал ноги с карты.
В глазах Тео промелькнуло ленивое раздражение. Он не привык, чтобы ему указывали, что делать. Рен понимала, что Тео не боится Ави – и не потому, что может с легкостью победить его в магическом поединке, а потому, что, если Ави его только тронет, семья Брудов похоронит его будущее одним щелчком золотых пальцев.
После небольшой паузы Тео сдвинул ноги немного влево. Его каблук теперь упирался в середину канала. Рен замерла. Это совпадение. Чистое совпадение. Но она знала место, которое попирал его каблук. Только вчера утром она видела его из окна здания распределения магии. Мост через канал. Здесь, рядом с этим мостом, она стояла много лет назад, в худший день своей жизни. Она раскрыла было рот, но тут Тео кивнул Ави. Глаза его блестели.
